Я подхватываю мешок и, разбежавшись, перескакиваю на соседнюю крышу. Эйдену ничего не остается, кроме как последовать за мной. За спиной я слышу его брань.
Перемещаясь с крыши на крышу, мы двигаемся к южному району, избегая центральной площади. Я сама не знаю, откуда во мне столько смелости и сил. Ладони болят просто чудовищно, такой боли мне испытывать еще не приходилось. Хоть я уже убрала эфирит, кожа продолжает гореть, словно на костре. Не имея возможности схватиться за уступ и подтянуться, я вынуждена постоянно вихлять, выбирая места, которые я могу перепрыгнуть без помощи рук. Но в южном квартале более широкие улицы, и это становится всё сложнее. Сейзеры потеряли нас из виду, но я понимаю, что это ненадолго. Они заметили мою магию, а значит будут искать до тех пор, пока не найдут её источник, насколько бы много людей ни потребовалось для этого. Мы могли только надеяться, что в городе не больше одного Стража, и нет других опасных механизмов.
Я останавливаюсь перевести дыхание и замечаю на одной из крыш неподалёку какую-то пристройку. Оказавшись на этой крыше, я понимаю, что это голубятня. Мы уже выбились из сил, но, по крайней мере, больше не слышно стражников. Осмотревшись, я делаю вывод, что могу здесь снова попытаться взять след Лиры – теперь радиус должен захватить южный и западный кварталы. Эйден молчит и осматривается. Думаю, он уже сто раз пожалел, что решил меня навестить, и тем более лезть со мной в Зереф. Когда я захожу в крохотную пристройку, он остается снаружи следить за обстановкой. Разбуженные голубы недовольно хлопают крыльями. Я снова сажусь – в этот раз на загаженный деревянный пол – и осматриваю свои ладони. Они похоже на жертву пожара – кожа слезает, из ран сочится кровь и сукровица. Каждое движение пальцами приносит невыносимую боль. Но Эйден прав. Я дура, а еще я очень упертая. И я вновь обхватываю кристалл. Я выжимаю из камня весь эфир, и чувствую, что он больше не печёт мне руки. Но это не приносит мне облегчения, потому что результата всё еще нет. Я чувствую, что радиус моей магии просто огромен. Поняв, что поймать путеводную нить бесполезно, я уже пытаюсь просто взять след, увидеть, Лира вообще в городе или нет. Всё указывает на то, что она не в Зерефе, но я не могу в это поверить. Почему-то я уверена, что она может быть только здесь и нигде больше, что моя магия просто всё еще недостаточно сильна, и я продолжаю вытягивать из себя последние крохи эфира, в надежде увидеть, как медальон разгорится ярче. Но все попытки тщетны. Её тут нет.
Боль в ладонях будто усилилась стократно. Чувствую, как в глазах скапливаются слёзы. Как все годы поисков, все приложенные усилия, вся перенесенная боль – всё превращается в горькое отчаяние, сжимающее горло в удушье. Забываю обо всём вокруг. На щеках одна за другой появляются горячие мокрые дорожки. Сил нет даже на то, чтобы пошевелиться. Соленые горячие капли падают прямо на обожжённые ладони. Щиплют раненую кожу. В голове не осталось ни одной мысли. Словно улей залило водой, и все роящиеся в нем осы больше не подают признаков жизни. Словно вся жизнь, теплившаяся во мне, погрузилась в анабиоз, покрывшись ледяной коркой отчаяния.
Я не замечаю, как распахивается дверь. Не чувствую, как переполошились и захлопали крыльями птицы. Не слышу отчаянный крик друга. Не вижу отвратительных голубых вспышек за его спиной.
Я
проваливаюсь
в темноту.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов