Если волк ещё не обрёл свою истиную до совершеннолетия, то в этот день над ним проводился специальный обряд, безошибочно указывающий не только волку, но и всем остальным на его пару. Но Нельбурну было не до этих волчих заморочек. Да, без истиной волки медленно и мучительно умирали, но что ему за дело? "Щенок не успеет загнуться от разлуки с парой", - ухмыльнулся барон.
Глава 27. Затишье перед бурей.
Амели с ненавистью отбросила в сторону букет невесты. К чему вся эта мишура? Папенька отличился, решил всё за неё, как всегда... Если бы не проклятый слуга... Она с ненавистью ударила себя кулаком по животу, на котором уже наметилась округлость. Если бы не этот ребёнок - бастард...
Девушка прекрасно понимала, что фиктивный брак, - это единственный приемлемый выход из сложившейся ситуации. Ах, если бы она могла избавиться от этого ребёнка! Но папаша, желающий внуков и наследников, запретил это делать, опасаясь дальнейшего бесплодия дочери.
"Ничего, осталось лишь немного потерпеть", - пыталась она утешить сама себя. Раз папа хочет белого платья и достоверности, - будет ему достоверность. А потом... Ещё немного поизображать из себя молодую жену, ради желанного вдовства. Да, папенька объяснил дочери всю прелесть этого статуса, и девочка больше не хотела быть женой респектабельного человека. Нет, стать его вдовой куда проще! У тебя есть титул и статус, большие владения и огромные деньги, только этим распоряжается уже не твой муж, а ты сама. Мелкие грешки и любовные связи с мужчинами своего круга простительны знатным вдовам. А если захочется, - можно всегда устроить игры со слугами. Только теперь Амели будет осторожной... На будущего мужа и его судьбу ей было абсолютно наплевать. Ценой за вдовство оставались роды и бастард... Но выхода нет, придётся потерпеть...
Нужно привести себя в порядок. Амели вытерла злые слёзы и резко окрикнула горничную. Расправить смятый подол, поправить лиф, взбить помятую причёску... Придётся строить из себя счастливую невесту. Папа объяснил, что на свадьбах знатных лиц Королевства, будь они хоть сто раз в трауре, обязан пристутствовать кто то из доверенных людей Короля. Да, войны уже нет, клан Северных Волков не настолько необходим, но Король будет приглядывать за теми, кто возглавляет такую могучую силу.
Сложно было изображать счастье новобрачной, но Амели вообще не представляла себе, как папа сможет повлиять на Эдварда. Да, ей сообщили про зелье, но неужели оно настолько эффективно, что создаст видимость счастливого жениха? Причём настолько правдоподобно, чтобы обмануть королевского соглядатая... Будущая графиня с трудом верила в настолько мощную силу этого пойла, но уже привыкла во всём полагаться на папу. А папины идеи всегда срабатывали...
Эдвард.
Врагу не пожелаешь того, что я испытывал в плену у барона. Хотя я бы, пожалуй, именно этого ему и пожелал, - оказаться на моём месте. И дело было не только в том, что я висел на стене, прикованный цепями, которые был не в силах разорвать. Всё время я либо находился в полубессознательном состоянии, либо с ума сходил от тревоги за сестру и мучился неизвестностью.
На третий день заточения меня снова навестил Нельбурн и, кажется, поверенный. Охрана отцепила меня от стены, после чего я рухнул вниз и отключился. Очнулся уже за грубо сколоченным столом. Мне швырнули под нос бумаги о моём вступлении в права наследства. Не особо вникая, раздираемый дикой болью, я безропотно подписал, где требовалось.
В конце концов, что бы ни задумал мерзавец, титул и земли были моими по праву.
Через несколько дней меня сняли со стены, даже покормили...
Я искренне не понимал, почему меня не собираются убивать. Более того, мне принесли какой то отвар, который снял боль от подлого магического удара, нанесённого в спину. Благодаря волчьей регенерации раны стали быстро затягиваться.
Но я был вне себя от тревоги за Эли. Я не слышал её мысли, не мог найти её разум, как ни пытался. Либо на этих казематах стоит мощная магическая защита, блокирующая в том числе и силу оборотней, либо... Мне не хотелось даже думать об этом "либо".
Через пару дней после снятия со стены я окончательно пришёл в себя и попытался напасть на охрану... Вот тогда то и удалось проверить прочность магических оков. Оказывается, они умели не только удерживать, не давать перевоплотиться, но и обжигать оборотня, в случае неповиновения. Когда я напал на охранника, собираясь свернуть ему шею, дикая боль в запястьях не дала мне довершить начатое. Он сумел отшвырнуть меня, когда руки перестали мне повиноваться, разъедаемые магической защитой, наложенной на оковы.