Ещё парочка минут езды по городу и мой байк остановился на парковке у бутика «Огриб». Мой любимый магазинчик. Цены, конечно, в нём не низкие, но мне всё по карману.
Я стала сразу же примерять платья, не теряя времени на разглядывание нового товара. Красное, белое, синее, чёрное. Я крутилась в радужных нарядах тридцать минут. Эх, ничего подходящего не нашлось.
- Может это? – Линдси показала мне короткое розовое платьице, поясок из сшитых цветочков, по низу рюшечки, да и по всей площади вышиты розы и прикреплены стразы.
Я надела его. Сильно детское. И яркое. Для маленьких нежных девочек. Хотя Линдси его бы надела, в этом я не сомневалась. Она из нашей компании самое милейшее создание. Низкий рост и миловидное лицо придавали ей некую наивность и отнимали лет пять. И ямочки на лице и постоянный румянец только довершали образ «неженки». Она такая, на физической культуре всегда в конце шеренги, еле бегает и отхватывает двояки. Даже велосипеда никогда не было… Но ей он и не нужен, парни всегда «за» доставить ее в любую точку мира.
- Это? – Хаилия протянула мне вешалку, на которой висел костюм. Юбка тёмно-синего цвета, длинная, подол обшит голубой оборкой. Блуза с рукавом три четверти, тоже вышитая непонятными витиеватыми узорами, на спине выведены крылья из серебряных ниток. Сильно романтично!
- Вот оно! – в витрине на манекене было подходящее для меня платье чёрного цвета. На груди череп из страз, плечики обшиты шипами. Длина чуть выше колена. Совершенство. То, что мне нужно!
- Беру, – я показала на кассе карточку постоянного покупателя и мне сделали скидку пять процентов.
- С вас тридцать две тысячи рублей, – ласково протянула продавщица. Ну ладно, если бы там было тридцать два рубля, но такую стоимость нужно огласовывать жалобным шёпотом.
Мы вышли из магазина. Теперь нужно посетить ювелирный магазин. Золотишко, что может быть прекрасней?
Нет, я не тупая девица с рублёвки, которая тратит немереные суммы денег. Просто иногда сильно увлекаюсь шопингом, который помогает иногда забыться и отвлечься от реальных проблем, ожидающих меня в стае отца, где я все еще белая ворона.
В следующем магазине я купила себе золотую подвеску в виде черепа. Серьги с костями у меня уже есть.
Так, аксессуары готовы, платье куплено. Осталась обувь.
Нас занесло в востребованный обувной. Здесь мы пробыли дольше всего. Нет, не из-за меня. Я сразу купила себе босоножки на шпильках по пять сантиметров, обшитые шипами. Это Хаилия выбирала себе шлёпки так долго. Конечно, у неё лапа сорок первого размера, не всегда есть такая женская обувь в наличии. Однако через полтора часа она нашла идеальные шлёпки.
Радостные, мы наконец выехали из Екатеринбурга и направились домой.
4
После нашего похода в магазин прошло восемнадцать дней. Да! Это значит, что завтра, девятнадцатого июня – мой день рождения!
Всё уже было готово. Я примеряла платье у зеркала почти каждый день, представляя, как буду выглядеть в нем в свете свечей и фонариков в свой час, как Ричард увидит меня в нем и обязательно влюбиться так же сильно, как я в него. И этот час не за горами. Фонтан у дома уже включён, внутри всё украшено шарами и гирляндами. Еда привезена домой, напитки ждут гостей. А я волнуюсь. Нет, не за вечеринку. Сдалась она мне! Чтобы за неё ещё и париться. Совсем не она является причиной моего высокого пульса. И не Ричард, который пообещал подарить мне подарок моей мечты. Это всё мелочи, по сравнению с поворотом моей жизни. Шестнадцатилетие приближается, а волчья морда не появляется. Вдруг я никогда не стану хищником, не буду такой, как родители, братья, друзья? Всегда буду омерзительной человеческой особой?
Лёжа на своём любимом диване, я тихо зарыдала, боясь, что ничего уже нельзя исправить. Ведь нет такой пластической операции, после которой можно было бы ходить с волчьей мордой. Не было, нет и не будет! А я видимо так и останусь нехищным человеком вместо того, чтобы быть грозным вервольфом, поднимающим на ноги всё сонную деревню. Мама мне рассказывала такую легенду, которая называется Миракло. Она о том, как несколько озверевших волков проникли в несчастное село. Все его жители стали жертвами, простым обедом для оголодавших хищников. Кроме одного выжившего. Маленькую девочку грызть волки не стали, жалость проснулась в их темных сердцах. Поэтому добрая волчица взяла эту малышку и воспитывала как своих волчат.