Получив искомое и отвергнув визитку продавщицы, он, бросив на прилавок несколько смятых бумажек за букет и труды, хотел уже гордо удалиться. В кое-то веки он не чувствует себя альфонсом в этом бесплатном для мужчин мире матриархата.
— Здесь слишком много, я сейчас отсчитаю сдачу, — разочарованна ответила юная флористка.
Целых секунд пять в душе у парня происходила молчаливая борьба с жадностью, но последняя победила. В конце концов, хмыкнув, он схватил со стола бутылку с алкоголем, тем самым заплатив своей жабе зарплату, и удалился, махнув рукой и отказавшись от сдачи, мол, оставь себе на чай. Девушка, оставшись одна, в злобе кривила губы, но молча проводила его взглядом. Каковы были её шансы заполучить такого?! Нулевые, что и требовалось доказать. Он лишь призрачная мечта, которая может достаться её начальнице, которая была богатой, правда, уже в возрасте, хозяйкой нескольких цветочных бутиков. Парни ведь только на деньги ведутся! Когда она сообразила, что исчезла бутылка из-под пива, принадлежавшая владелице заведения — там она хранила чистый, крепчайший самогон — то парня на улице уже и след простыл.
Рик не только успел вовремя, но даже поднялся на этаж к Лизе, решив помочь ей спуститься. Но сержант в отставке в помощи не нуждалась, особенно от слабого пола, её — даже больную — засмеют в больнице и на улице! Она солдат — и точка! Синяки, рёбра — это не оторванная голова или нога, передвигаться можно. Поэтому, мягко отвязавшись от парня, она спустилась сама. Никто из случайных спутников в лифте даже не предложил ей помощь. Лиза фыркнула на них с пренебрежением. Вот если бы раненым был парень, то любая бы не упустила возможности поприжиматься, то есть помочь больному, конечно.
Рик, пожав плечами, продолжал исподтишка пить горькую, удивляясь, какая же она забористая, и переживая, не развезёт ли его, он ведь без закуси и не ел со вчерашнего дня. В душе юноша прекрасно понимал, что Кларисса — хорошая девушка, но какая-то часть «старого я» сопротивлялась браку, желая оставить хозяина холостяком. Поэтому парень вылакал всю бутылку очень уж крепкого пива, прощаясь таким образом со своей свободой бобыля.
Лиза и Рик вместе дождались, когда подъехала машина Клариссы Кэмпбелл. Жених подошёл к невесте и целую минуту страстно целовался с ней в губы на глазах у старшей сестры, несмотря на явное смущение младшенькой. То ли хвастался перед Лизой, то ли его гложила вина за вчерашний проступок-адюльтер, а может, его уже развезло от самогона на голодный желудок?! На вопрос, что за пакет и где он его раздобыл, Рик ответил, что это сюрприз. Слишком рано показывать цветы новобрачной. Клар, быстро сев в машину, завела мотор и помчалась на всех парах в исторический центр Города. Бедная Лиза посапывала на сиденье — к сожалению, это был не её праздник…
— Рик, любимый, там на заднем сиденье, рядом с тобой, где-то лежит коробка с кольцом. Я очень надеюсь, что тебе понравится, оно без изысков, как ты и просил.
— А почему в кольцо вдет шнурок? — спросил Рик, рассматривая украшение.
— Это Билли, по обычаю кольцо можно носить на шее, повесив как кулон. Вчера братик баловался с ним и примерял. Он ведь тоже мужчина. Это, кстати, помолвочное кольцо, два других будут попозже, на свадьбу выберем потом, ладно?!
— Какие у вас странные обычаи, оно точно на шею?! — засомневался парень.
— Я буду гнать на всех парах, мне уже звонили и требуют приехать побыстрее, поэтому говорить пока не смогу, сосредоточусь на дороге! — скороговоркой ответила Кларисса.
Рик пожал плечами, положив подарочную коробку себе в карман, раз невеста сама выбрала, значит, нравится — ей же носить. Сам он слабо разбирался в обычаях брачующихся пар, но помолвочное кольцо — это что-то явно для женщин. Зачем мужикам носить два? Он точно знал, что мужчинам положено одно кольцо на всю жизнь — обручальное, которое они купят позже. Хотя здесь было обязательным многожёнство, но всё равно, больше одного кольца за жену — это перебор.