Нет, ничего еще не закончилось.
Прошлой ночью, пока Уилл мирно посапывал рядом, я долго лежала без сна, прокручивая в голове минувшие события. Больше всего мне досаждал страх; вернее, то, с какой дикой скоростью он набрал обороты: с нуля до ста процентов буквально за секунду, стоило двери той кладовки за мной захлопнуться. Казалась бы, вот я стою, пялюсь на мертвую собаку и думаю, что дело, похоже, пахнет судебным разбирательством, как вдруг – раз! – и меня всасывает обратно в прошлое, вынуждая заново пережить самые страшные минуты. Видать, я была слишком наивна, когда решила, что сумела все это заблокировать, как бы сложить в ящичек с надписью «Не открывать». Полученное письмо сорвало с него крышку.
Должно быть, в какой-то момент я все-таки заснула, потому что в шесть утра встрепенулась с отчаянно бьющимся сердцем, когда сработал будильник в мобильном телефоне Уилла. Первым встал он и схватил свою футболку из аккуратной стопки вещей на прикроватном стуле. До сих пор он разбрасывал одежду по полу, но что-то, видимо, на него сильно повлияло. Наверное, мое поведение.
– Нет-нет, – вскидывает он руку, прыгая на одной ноге и не попадая в штанину, когда я попыталась было подняться с кровати. – Тебе надо полежать. Да и Шейла дала тебе отгул на сегодня, забыла?
– Ничего, я в порядке. Мне вообще лучше заняться работой, чем весь день маяться без дела.
– Как же, в порядке она… – ворчит Уилл, застегивая джинсы, затем усаживается на кровать и кладет руку мне на колено. – Ты опять разговаривала ночью. Чуть ли не плакала, можно сказать… Хочешь, я сегодня тоже останусь? – У него на лбу прорезывается озабоченная складка. – Еще есть время, я могу позвонить в школу, кто-нибудь меня подменит. Не беспокойся, я договорюсь.
– Я же не больна.
– Я знаю, но… – Он ободряюще жмет мне коленку, однако на его лице я отчетливо вижу озабоченность. В этой четверти у них в школе намечена министерская проверка; надо много работать, чтобы подготовиться.
Я накрываю его руку своей ладонью.
– Честное слово, Уилл, я в полном порядке. Есть куча книжек, которые я давно хотела почитать, да и твой подарок тоже. Ну, помнишь, тот фантастический сериал, который ты мне купил?
– «Звездный крейсер “Галактика”»! – У него загораются глаза. – Эмма, он тебе понравится! Вот увидишь.
– Гм, – морщу я нос, и Уилл заходится смехом.
– Не обязательно быть поклонницей научной фантастики! Все, кому я только его рекомендовал, становились…
– Фанатами. Помню-помню. – Я игриво толкаю Уилла в плечо. – Можешь не трудиться, ты не продавец в магазине. Я уже сказала: обязательно посмотрю.
– Ну ладно. – Он нагибается ближе и целует меня в переносицу. – Обещай, что сегодня будешь просто отдыхать, договорились?
Десятью минутами спустя за ним щелкает дверь, доносится урчанье старенькой «Фиесты», Уилл сдает назад к улице, оглядывается по обеим сторонам и выруливает на проезжую часть. Я стою у окна и машу ему рукой; он вскидывает ладонь в ответ и вскоре скрывается из виду.
Все это было три часа назад. С той поры я успела хорошенько отчистить ванную комнату, пропылесосила гостиную, полила все растения и убрала стираные вещи. Попыталась посмотреть «Галактику», но выдержала лишь полтора первых эпизода, после чего сдалась и легла в спальне с книжкой. И каких только премий эта вещица не понахватала, а язык оказался напыщенным, завязки сюжета я в упор не разглядела…
На тумбочке заходится трясучкой мой мобильник, делясь мелкой дрожью со стаканом, куда я налила себе воды.
С того дня, как я через «Фейсбук» послала весточку Ал, минула пара суток. Может, это она? Прочитала, что Дейзи жива, и решила позвонить?
Я хватаю телефон – и меня обдает волна облегчения пополам с разочарованием: нет, это всего лишь эсэмэска от Уилла.
«Надеюсь, всё у тебя в порядке. Между прочим, нынче полнолуние, и выпускные стоят на ушах. PS: как тебе ЗКГ? Х».
Я улыбаюсь, несмотря на разочарование.
«Извини, это все-таки не мое. Гай Балтар реально раздражает. Не взыщи:) Х».
Было время, когда я могла притвориться, что мне нравятся такие-то телешоу, такие-то исполнители или, скажем, книги – исключительно потому, что ими восторгались все кругом. Теперь с этим покончено.
Мобильник вновь пищит. Перемена у них, что ли? Уилл никогда не позволяет себе возиться с эсэмэсками во время уроков…
«А ты чуть потерпи. Как со мной;) Увидишь, тебе понравится».
«Да, но…»
Я замираю, не допечатав ответ, потому что из раскрытого окна доносится совсем близкий и такой характерный хруст автомобильных шин на гравии, которым посыпана моя подъездная дорожка. Двигатель стихает. Я слезаю с кровати, медленно встаю на ноги и шлепаю босиком к окну. Шторы не задернуты, поэтому я держусь ближе к стене, чтобы меня не было видно с улицы. Так и есть: возле моего дома припаркован черный, незнакомый мне «Фольксваген». Внутри никого.