– Спасибо.
В животе понемногу развязывается узел, пока я гляжу ей вслед; Сара идет через площадку уверенно, вскинув голову, помахивая другим родителям.
– Извини, – говорит Уилл, дождавшись, когда она отойдет на достаточное расстояние. – Я сам не знал, что она тут будет.
Он стоит не так уж далеко, на расстоянии вытянутой руки, однако мне кажется, что между нами пролегла пропасть. Такое впечатление, мы оба опутаны какими-то невидимыми коконами из силовых полей: стоит одному сделать шаг ближе, как другого тут же отбросит назад. Меня подмывает сказать, что мне понравился «Звездный крейсер», когда я прошлой ночью заставила себя смотреть этот сериал, но это прозвучало бы слишком… не знаю, интимно, что ли. Подобные разговоры были у нас еще до того, как он принял решение отойти, так сказать, в сторонку.
– А, вот и она! – От облегчения у него обмякают плечи, когда из стайки школьников возле буфета вырывается Хлоя с победно вскинутой пластиковой бутылкой.
– Я ее раздобыла! – кричит девочка еще на бегу, а добравшись, гордо передает мне воду. – Извините, что так долго, возле столика одна тетенька стала меня расспрашивать про Джейн. – Хлоя разжимает кулачок, протягивая Уиллу горстку монет. – Папа, вот твоя сдача!
– Какая-то женщина мной интересовалась? – переспрашиваю я, невольно вскидывая руку к горлу.
– Ну да. Она даже говорит: «А как твой папа ее зовет: Джейн или Эмма?» – Хлоя переводит взгляд с меня на отца и обратно, ловя реакцию. – Я ей и сказала: фу, какой глупый вопрос, потому что все знают, что тебя зовут Джейн!
– Хлоя. – Я стараюсь, чтобы голос у меня звучал ровно; рука сама собой соскальзывает в карман, хватая мобильник. – А эта тетя что-нибудь еще спрашивала?
Девочка мотает головой.
– Вроде бы хотела, но тут Коннор из четвертого класса полез без очереди, а Джейк Эдвардс ему и говорит, отойди или сейчас леща схлопочешь, а Коннор такой нахальный, он все равно…
Мы с Уиллом переглядываемся, пока Хлоя взахлеб пересказывает хронологию несостоявшейся потасовки. Наконец, слегка покачивая головой, он отводит взгляд.
– Ну а как она выглядела, эта тетя? – говорю я, когда Хлоя вынуждена остановиться, чтобы перевести дух.
– Обычная тетенька, – пожимает ребенок плечами. – В синей шляпке.
Глава 23
Пятью годами ранее
– Это как пить дать противозаконно.
Мы стоим на берегу реки; неподалеку от нас высится едва различимый штабель из бревен и поленьев, потому что единственным источником света служат лишь небольшие костры, устроенные в мягком, заиленном грунте. С момента объявления о гибели Рут пошел второй день.
Ал держится рядом со мной; Линна и Дейзи стоят по другую сторону от нее и беззвучно плачут, то и дело расцепляя руки, чтобы смахнуть слезы, которые не перестают катиться у них по щекам. Если честно, столь великая скорбь вызывает у меня некоторое недоумение: они ведь эту Рут и в глаза-то не видели, а страдают, будто потеряли близкую родственницу.
– По-хорошему, надо бы сходить в британское консульство, – отвечает мне Ал, только шепотом, чтобы не услышали члены коммуны. – И обратиться к прессе. Пусть все узнают, что тут творится.
– Сначала еще до Покхары добраться надо.
– Если верить Йоханну, мы тут застряли минимум на месяц. Я в толк взять не могу, как так вышло, что Линна притащила нас ровнехонько к началу сезона муссонов. О чем она вообще думала?
«Как бы половчее именно это и обтяпать», – проносится у меня в голове, но я молчу. Ал уже высмеяла мои предположения, что Линна по доброй воле готова здесь остаться, не говоря уже о коварном замысле устроить ловушку и нам троим.
– В общем, – дергает плечом Ал, – непохоже, чтобы Дейзи с Линной уже собирали вещички.
Дейзи ни словом не перемолвилась со мной после той перепалки в женской спальне. Напротив, будто приклеилась к Линне, ходит с ней на все медитации, болтологические сборища и занятия йогой. В столовой пристраивается либо рядом с Линной, либо в компании общинников. А я вот сижу сама по себе. Ал иногда подсаживается ко мне, иногда к Дейзи. Дипломат, что и говорить. Только все равно обидно.
– Меня от этого тошнит, – кивает Ал в сторону погребального костра. – Местные людишки будто на другой планете живут.
Позавчера ее трясло от гнева, когда я, незаметно удрав из кладовки, наткнулась на нее в плодовом саду. Она сидела под ореховым деревом, насасывая костяшки пальцев. На коре я заметила следы крови. Пару минут мы обе молчали, затем Ал подскочила и пару раз ударила кулаками по земле.