В этот трогательный момент дубовая дверь тихо скрипнула, и в комнату заглянула Ингрид. Заметив их близкую, душевную беседу, Владычица смутилась.
— Ой… Простите, я вас, кажется, побеспокоила? — неловко произнесла она, замирая на пороге.
— Проходи, сестрёнка, не выдумывай, — рассмеялась Джемма, утирая подступившие слёзы. — Саша как раз рассказывал, как скучает по моим капризам.
Прошёл почти месяц. Джемма уже уверенно держалась на ногах и однажды утром упрямо вышагивала по замку. Дойдя до крытой галереи, она посмотрела вниз, на внутренний двор. Там, на тренировочной площадке, усыпанной белым песком, шёл яростный спарринг. Саша и Радан сошлись в клинче, проверяя на прочность мастерство дамрийской и адской школ.
— Давай, Сашка, жми его! — внезапно на весь замок закричала Джемма, перегибаясь через перила галереи. — Покажи этому напыщенному дядюшке, как дерутся настоящие рыцари Дамрии! За Сашу! Только вперёд!
Радан внизу на секунду отвлёкся от неожиданного крика, и Саша тут же ловко подсек его щитом, заставляя уйти в кувырок по песку.
— Эй, это нечестно! У меня тут отвлекающий манёвр сверху! — весело крикнул Радан, поднимаясь и отряхивая копоть с доспехов.
Ингрид, стоявшая рядом с Джеммой на галерее, испуганно схватила сестру за локоть.
— Джемма, ради богов, не кричи так! Ты же связки сорвёшь, да и рана от резких движений заболит! Прекрати немедленно!
— Не прекращу! Саша, врежь ему ещё разок! — продолжала веселиться Джемма.
— Так, я не понял, что за балаган на трибунах? — раздался сзади знакомый громовой рык. Дмитрий Танин подошёл бесшумно и без лишних слов коротко, ладонью, легонько шлёпнул Джемму по затылку. Не больно, но ощутимо, чисто по-отцовски.
— Ау-у! Старый кошак, ты опять за своё?! — Джемма резко развернулась, потирая голову и сердито сверкая глазами.
— Ингрид, ты видела?! Он снова распускает лапы!
— Правильно сделал, — неожиданно встала на сторону крёстного Ингрид, хотя сама едва сдерживала улыбку. — Тебе лекарь Елена что говорила? Полный покой! А ты тут устроила филиал конца света!
— Ах вы так, да?! Вот уеду на коронацию в Дамрию, будете сами тут со своими отчётами скучать! — надулась Джемма.
Не успела Джемма высказать крёстному всё, что думает о его методах воспитания, как в конце галереи послышался шелест тяжёлых платьев. Быстрой и грациозной походкой к компании подошли Василиса и Фотония Гец. Обе матери выглядели взволнованными, но при виде оживлённой Джеммы их лица заметно просветлели.
— Что за шум, а драки нет? — с улыбкой спросила Василиса, оглядывая притихших Радана и Сашу на тренировочном поле внизу. Она подошла ближе и мягко коснулась здорового плеча младшей дочери. — Джемма, милая, как ты себя чувствуешь? Ничего не болит после твоих криков?
— Всё отлично, мамуль! — весело отозвалась Джемма, хотя Ингрид рядом всё ещё недовольно фыркала. — Сашенька там Радану знатных люлей навешал, я просто не могла молчать!
Фотония Гец качнула головой, поправляя изящную накидку, и посмотрела на названую дочь уже более серьёзно.
— Это хорошо, что ты полна сил, доченька. Но мы с Василисой пришли к тебе не просто так. Нам нужно серьёзно поговорить насчёт твоей коронации.
Джемма удивлённо приподняла бровь, переводя взгляд с одной матери на другую.
— Насчёт коронации? А что с ней? Ингрид мне уже говорила, что её хотят перенести в Дамрию.
Фотония вздохнула и аккуратно взяла Джемму за руку.
— Да, Джемма. Мы хотели спросить… ты не обижаешься на нас? Всё ли хорошо? Ничего, что из-за этого ужасного нападения на арене мы переносим торжество на наши земли? Мы долго спорили, но дедушка и Солярис считают, что в Дамрии сейчас намного безопаснее, границы укреплены, а культ жриц там никогда не имел веса. Мы хотим, чтобы ты была в полном покое.
Джемма лишь беззаботно рассмеялась и ласково сжала пальцы Фотонии.
— Ой, мамочка, ну вы чего! Конечно, всё хорошо, я ни капли не обижаюсь! Изначально ведь так и планировалось: моя коронация должна была пройти в Дамрии, в кругу семьи. Так что нет абсолютно ничего такого в том, что она из-за всей этой заварушки пройдёт именно там. Мне даже привычнее. Главное, что вы все едете со мной.
Василиса облегчённо выдохнула, её рыцарский пыл угас, уступив место материнской стойкости.
— Ну вот и славно, — улыбнулась она, а затем перевела взгляд на старшую дочь. — Раз уж с этим вопросом мы определились, пора обсуждать время отъезда. Кареты уже почти готовы. Ингрид, а ты все свои государственные дела тут решила? Мы ведь уезжаем надолго, ты успеваешь всё уладить до нашего отправления?