Слушая этот рассказ, Василиса не выдержала. На её глаза навернулись крупные слёзы, и одна из них медленно покатилась по щеке. Рыцарь-бунтарь внутри неё отступил перед материнской болью. Она тихо, с дрожью в звуке произнесла:
— О боги… Если бы тогда, восемнадцать лет назад, не произошло этого проклятого бунта… Если бы я не оставила их тогда на берегу у реки, пытаясь спасти замок… Может, я бы видела её детство? Видела бы, как она растет, как капризничает, как катается по этим перилам… Я пропустила всё.
Солярис, сидевший рядом, бережно и крепко сжал её ладонь. Его мудрый, глубокий взгляд дракона был полон бесконечного понимания и спокойствия.
— Не кори себя, Василиса, — мягко произнес он, слегка приобнимая жену за плечи. — Главное, что они живы. Судьба вернула их нам. Мы не можем изменить прошлое, но мы можем быть рядом с ними сейчас. Посмотри на неё — она выросла сильной и счастливой. Это и твоя заслуга тоже. Рыцарская кровь не померкла.
В этот момент в их разговор бесцеремонно вмешался Бывший Король. Дедушка, ехавший впереди, обернулся и веско, с хитрой ухмылкой бросил в сторону Фотонии и Василисы:
— Да чего уж там сопли распускать! Сразу видно — Джемма вся в Василису в своей молодости! Такая же взрывная, бунтарская, законов не признает и мечом машет быстрее, чем думает. А вот Ингрид — та вся в отца пошла: строгая, расчетливая, огненная, но с холодной головой.
Старый монарх весело хмыкнул, качнув головой, и добавил, глядя на скачущих впереди сестер:
— Но вот если эти двое неугомонных собираются вместе… всё, пиши пропало! Держитесь оба королевства, камня на камне не оставят! Помяните мое слово, эта коронация в Дамрии запомнится на века!
Впереди колонны, взрывая копытами коней дорожную пыль, мчалась сумасшедшая кавалькада. Ветер свистел в ушах, а Радан с крёстным Дмитрием, азартно гикая, то и дело вырывались вперед, соревнуясь, чей конь резвее. Чуть позади, наперекор всем запретам лекарей, уверенно держалась в седле Ашен, перед которой устроилась сияющая Джемма.
Наемница уверенно правила лошадью и вовсю болтала, перекрикивая стук копыт:
— Слушай, королева Джем, а у меня тут мысль возникла! Нам-то с девчонками из банды в чём на твою коронацию являться? Мы ж, кроме походных штанов да засаленных кожанок, отродясь ничего не носили. Не пустят нас твои напыщенные лорды в таком виде!
Джемма наигранно, оскорбленно надула губы и заносчиво откинула волосы назад:
— Ашен, ты меня обижаешь! Неужели ты думаешь, что наши королевские портные не смогут сшить тебе и твоим девчонкам по приличному платью? Да они за пару дней из тебя такую леди сделают — сама себя в зеркале не узнаешь!
Тем временем вороной жеребец Вольги шел чуть поодаль размеренным, уверенным шагом. Ингрид сидела в его крепких объятиях, стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы не выдавать бешеного стука сердца. Вдруг парень слегка наклонился вперед, и его мягкий, уважительный голос раздался прямо над ухом Владычицы:
— Ваше Высочество… Простите мою дерзость, но я хотел спросить: а вы точно не забыли взять все свои парадные вещи из замка?
Ингрид смущенно вздрогнула, ощутив его горячее дыхание на своей шее. Густой румянец мгновенно залил её щеки, и она, стараясь вернуть себе строгий тон, поспешно ответила:
— Я… я всё взяла, Вольга. Не переживай. Все мои платья и регалии уложены в повозку.
Джемма, то и дело оборачивавшаяся назад, мгновенно уловила эту смущенную идиллию между сестрой и секретарем. Её глаза лукаво заблестели, а на губах расплылась хитрющая ухмылка. Она коварно заиграла бровями и приглушенно прошептала подруге:
— Ашен, глянь назад. Давай-ка подберемся к ним поближе, есть разговор.
Ашен, смекнув в чём дело, хитро прищурилась и направила коня наперерез передовому отряду. Чтобы поравняться с Вольгой, ей пришлось бесцеремонно проскочить прямо перед массивным жеребцом Дмитрия Танина.
— Куда прешь, чума болотная?! — громово рявкнул крёстный, натягивая поводья, но девчонки лишь дружно рассмеялись, полностью проигнорировав его суровый рык.
Поравнявшись с вороным жеребцом, Джемма задорно крикнула сестре:
— Эй, Ингрид! Какая потрясающая погода для совместных прогулок, правда?
Владычица Пылающего Разлома мгновенно посуровела и опасно сощурилась, предчувствуя очередной подвох:
— Джемма, что ты опять задумала? Уйми свой пыл.
— Да ничего я не задумала, сестрица! — ангельским голоском протянула Джемма, захлопав ресницами. — Просто хотела уточнить… Ты ведь взяла с собой то самое великолепное платье, которое Вольга подарил тебе на твое восемнадцатилетие? Ну, то, с рубиновой вышивкой? Ты ведь в нем пойдешь на мою коронацию, да?