— Раз уж мы выяснили, что ты пропала, — тихо улыбнулась Джемма, поворачиваясь к сестре, — тебе нужно сделать первый шаг. Да, его чувства и так ясны и понятны, этот бедолага дышать через раз начинает, когда ты на него смотришь. Но он скромный, к тому же твой секретарь. Он никогда не посмеет нарушить субординацию сам. Мой тебе совет: найди момент на коронации, вытащи его на танец или просто уведи в сад. Дай ему понять, что статус Владычицы не стена между вами. Позволь ему быть смелым.
Ингрид открыла было рот, чтобы ответить, но тяжёлые шаги по хрустящим веткам заставили сестёр мгновенно обернуться. Из темноты прибрежных кустов с широченной ухмылкой на лице выбрался Радан. Он держал в руках две деревянные тарелки с дымящимся мясом.
— Ну и долго вы тут будете сырость разводить? — громко спросил Радан, бесцеремонно усаживаясь на соседний валун. — Наш доблестный страж Вольга там уже все глаза проглядел, карауля тропинку к реке. Переживает, как бы его драгоценную Владычицу дикие утки не утащили. Ингрид, иди поешь, а то твой верный рыцарь от тоски сам весь ужин у костра караулом отстоит!
Джемма прыснула от смеха, а Ингрид, мгновенно вспомнив совет сестры, поспешно отвернулась, молясь, чтобы в темноте Радан не заметил, как густо покраснели её щёки. Радан проводил её смеющимся взглядом, а затем повернулся к старшей сестре. Джемма всё так же сидела на берегу, не вынимая ног из прохладной воды.
— А ты чего не идёшь? — спросил Радан, протягивая ей вторую миску с ароматным, дымящимся мясом. — Там Дмитрий уже вторую флягу откупоривает, Сашка байки травит, а тебя нет.
Джемма тихо и тяжело выдохнула, даже не повернувшись.
— Не хочу, Радан. Просто хочу побыть в тишине.
Он секунду помолчал, разглядывая её потяжелевший взгляд, направленный куда-то на другой берег реки. Вместо того чтобы выдать очередную колкость, парень просто уселся на траву рядом с ней, поудобнее перехватив свою тарелку.
— Тогда давай поедим в тишине, — спокойно буркнул он.
Какое-то время они действительно ели молча. Слышно было только, как река глухо бьётся о камни, да где-то вдалеке потрескивает лагерный костёр. Но долго благостная тишина длиться не могла. Радан дожевал кусок, покосился на её босые ступни в реке и спросил:
— Не холодно?
Джемма, глубоко увязшая в собственных мыслях, вздрогнула и растерянно моргнула.
— Что?
— Говорю, не холодно? — он кивнул на воду. — Ночь на дворе, от реки ледником тянет.
— А, нет, — Джемма слабо улыбнулась, качнув ногами так, что брызги полетели в стороны. — Вода отличная. Как раз для того, чтобы искупаться.
Радан изумлённо округлил глаза и картинно схватился за голову:
— Ага, только этого нам сейчас и не хватало! Дмитрий меня заживо закопает, если ты со своими швами в реку сиганёшь. Хотя… зная тебя, от тебя всего можно ожидать. Спокойно жить ты в принципе не умеешь.
Джемма лишь тихо хмыкнула на его подколку, снова уставившись в свою тарелку. Она лениво ковыряла вилкой мясо, явно потеряв к еде всякий интерес. Радан заметил эту перемену. Он отставил свою миску в сторону и внимательно посмотрел на принцессу.
— Слушай, Джем… А почему ты сейчас вообще такая тихая? — искренне удивился он. — Ещё полчаса назад в седле летела, кричала, была такой буйной, отцу и Дмитрию нервы трепала. А сейчас сидишь, будто тебя подменили. Что стряслось-то?
Джемма медленно перевела взгляд с тарелки на бескрайнее ночное небо, усыпанное колючими звёздами.
— Скоро ведь коронация, Радан, — тихо, с непривычной для неё тяжестью в голосе произнесла она. — Да, не сразу по приезде, у нас есть ещё немного времени, но этот день неумолимо приближается. И вместе с ним на меня ляжет огромная, просто неподъёмная ответственность. За людей, за земли, за каждый шаг.
Она обхватила плечи руками, словно замёрзла, хотя вода всё ещё казалась тёплой.
— Я всё думаю… если я получу этот титул, как мне остаться свободной? Как мне вообще быть собой, когда вокруг станут шептаться придворные, а долг свяжет по рукам и ногам? Я боюсь превратиться в бездушную куклу, запертую в замке. Боюсь растерять ту Джемму, которая может просто так сорваться в бешеную скачку.
Глава 15
Радан, сидевший на поваленном бревне у самой кромки воды, внимательно выслушал этот непривычно серьёзный поток мыслей племянницы. Он лишь добродушно хмыкнул, поднялся, отряхивая дорожную пыль с брюк, и по-отечески похлопал Джемму по её здоровому плечу.
— Ну полно тебе драму нагнетать, принцесса! — весело подмигнул он, глядя на бегущие речные волны. — Чтобы ты — да превратилась в бездушную куклу? Скорее этот замок взлетит на воздух, а придворные разбегутся в ужасе. Не переживай, ты всё равно останешься точно такой же ненормальной, как и всегда. У тебя это в крови! И что бы ты ни выкинула, какую бы очередную заварушку ни устроила, мы все — и дамрийцы, и наши адские сухари — примем тебя любой. Просто потому, что другой такой сумасшедшей фурии в мире нет.