Дверь женщине никто не открыл. Видимо, в сто девятой, так же как и в соседней, где на ручке висел на резинке буклет с рекламой пиццы, никого не было. Значит в их мини-холле жили только они.
Женщина позвонила еще раз. Ира следила за ней оглядывая ее грязную помятую одежду и думая – что же она будет делать, если ей никто не откроет, ведь у этой женщины явно нет денег ни на гостиницу ни на посуточную аренду, да еще в разгар сезона.
– Придется ждать, – вздохнула женщина, обернувшись. На лице ее играла все та же плутоватая прячущаяся улыбка. Ира удивилась насколько женщина была высокой – она будто смотрела на нее с потолка. При этом в руке ее появился скатанный туристический коврик.
Неужели она собирается сидеть прямо тут, с удивлением подумала Ира.
В это время из комнаты раздался хохот Белки.
– Какой очаровательный смех! – расплылась уже в полноценной улыбке женщина. – Это лучшее, что я слышала сегодня. Кто это?
Ире снова показалась, что она «играет» – как будто ведет с ней разговор взрослого с ребенком.
– Моя сестра.
– Твоя сестра? – отчего-то удивилась (должно быть снова переигрывает) женщина. – Как же много порой с ними бывает хлопот, когда рядом нет старших. Когда-то у меня тоже была сестра.
– Была?
– Как-то раз она пошла гулять и потерялась.
– Что значит потерялась? – не поняла Ира.
– В тумане.
– Ну ладно, – Ира нахмурилась и стала закрывать дверь.
– Все дети иногда желают смерти своим родителям. – Неожиданно сказала женщина.
Ира замерла.
– Зачем вы это мне сейчас сказали?
– А ты разве не спрашивала? – наигранно удивилась женщина.
– Нет, не спрашивала.
Женщина бросила взгляд в коридор и на полшага приблизилась к Ире, чуть наклонившись.
– Но ведь я говорю не о сегодняшнем дне, Ира. – Произнесла она вкрадчиво.
– Что? Откуда вы знаете мое имя? – Ира совсем почти закрыла дверь, оставив крохотную щелку через которую было видно только половину крупного лица женщины.
– Ты сама мне его сказала.
– Когда это? – голос Иры неожиданно дрогнул и она заметила, что ладонь державшая ручку вспотела.
– Когда позвала меня сюда.
– Я?!
Женщина указала большим пальцем через плечо на дверь за своей спиной.
– Это ведь не сто девятая квартира. Сто девятая – это твоя.
– До свидания. – Буркнула Ира, но дверь так и не закрыла, оставив совсем крохотную щелку, она бросила на женщину последний взгляд исподлобья.
Та повернула голову в коридор, так что Ира увидела ее профиль и немигающий глаз. В коридоре раздалось шуршание, подул ветер с пылью, дважды хлопнула дверь эвакуационного выхода. Что-то тяжело шурша приближалось к ним.
– На самом деле, Ира, правильные вопросы должны звучать так, – женщина медленно повернула к ней лицо, – где сейчас на самом деле твоя мама? Кто сейчас с тобой в квартире? И самое главное, – женщина наклонилась к ней и прошептала, – кто скрывается под маской обезьяны?
Ира в ужасе захлопнула дверь и закрыла на все замки.
Из комнаты выглянула Белка.
– Кто там?
– Какая-то сумасшедшая. – Прошептала Ира.
Белка расхохоталась.
– Ну это в твоем стиле: ничего не разрешаешь, а сама болтаешь с психами!
Следующие два часа они провели за просмотром сериала, поедая бургеры и картошку фри из безразмерного Белкиного заказа.
Перед сном выходя из ванной Ира остановилась, покосилась на входную дверь и немного поколебавшись, подкралась, посмотрела в глазок. Знакомая искаженная линзой дверь квартиры напротив, часть ниши из которой выглядывает дверная ручка с рекламой пиццы. И никакой странной женщины. Ну и слава богу, подумала Ира и на всякий случай по пути в комнату взяла со стола визитку полицейской.
Утром Иру разбудил звонок и одновременно стук в дверь. Открыв глаза, она увидела Белку – та спала рядом, отвернувшись к окну и укутавшись в одеяло – ее разбудить было трудно. В окно лился яркий солнечный свет, слышался шум машин, детские крики и за всем этим – мягкий звук накатывающих волн.