— Как так, со всеми девочками в ссоре? — развела руками Антонина Степановна. — Да что ж это такое? Женя, неужто правда?
— Правда.
— Да как же так? Да как же ты одна со всей семьей поссорилась! — Антонина Степановна грузно откинулась на спинку дивана.
— Они меня обидели…
Женя подошла к дивану и начала путано объяснять. Нелегко ей было признаваться бабушке!
— Как бабу лепить или в шахматы играть, так зовут, — говорила она, перевертывая вышитую диванную подушку то на одну сторону, то на другую, — а если работать со мной, так от меня отказываются… Нина вон и то не хочет со мной уроки готовить.
Старушка долго слушала ее.
— Не нужна я им, — повторяла Женя, — со школьными делами сами управляются. И еще из списка вычеркнули… из дежурных. А в саду…
И Женя рассказала, как все девочки работали, а ей не давали, и выходило, что она только всем мешает.
— Двойку получила, — проговорила Токарева. — А все оттого, что от девочек отвернулась, особняком держишься. Сама посуди, что ж это выходит: одна ты права, а все кругом неправы? Как это говорится: вся рота не в ногу, один я в ногу! Вот и вышло: все работают, а ты баклуши бьешь. Безделье-то — самое худшее наказание. Нет, Женечка, проси прощения, да поскорей. Не то они и впрямь тебя разлюбят!
Женя и сама это понимала. Но как теперь помиришься? Столько упиралась, упиралась… Да сейчас девочки и не говорят: «Извиняйся».
И Женя молча теребила подушку.
В пионерскую прибежали девочки. Они наперебой стали звать Антонину Степановну в столовую. Они уже всё приготовили по-праздничному: сдвинули столы, накрыли их нарядной скатертью, расставили закуски — селедку, салат, грибы.
— Антонина Степановна, пойдемте!
— Нет, девочки, — сказала старушка, поднимаясь с дивана, — не до угощения сейчас. Видно, мы не вовремя пришли!
Она спросила, где Тамара Петровна. Но той уже не было. Ничего, она зайдет к завучу в другой раз.
Старушка вышла в вестибюль и стала торопливо надевать шубу, повязывать платок.
Обескураженные девочки молча стояли вокруг нее.
— Бабушка, Витя! Да как же так? А чай пить? — пробормотала Женя.
— Где уж тебе гостей принимать, ты сама здесь вроде гостьи.
Бабушка сердито притопнула калошей, которая долго не надевалась на валенок, решительно распрощалась и ушла.
Как же это так?..
Женя бросилась к парадной двери. Крюк долго не поддавался. Открывать его было проще, чем замок, его могли откинуть самые маленькие, но Женя разволновалась, дергала его так и сяк и все без толку. Наконец он соскочил, Женя распахнула дверь и чуть не сшибла девочку, которая поднималась по ступенькам.
Это была Маринка.
Глава шестнадцатая. В поисках Зины
Маринка, конечно, обиделась, когда Женя не пришла к ней в гости. Ей так хотелось дружить с Женей! Ведь Женя была настоящая партизанка, жила в лесу, ходила в разведку. Она, наверное, и в боях участвовала. В Доме пионеров все ребята это знают. А сама она не рассказывает, потому что очень скромная. Так Степан Николаевич говорит. «Почему же она не пришла? — думала Маринка. — Ей со мной скучно, вот почему… И Маринка стала ходить в Дом пионеров чуть ли не каждый день, чтобы посмотреть, нет ли записки. Но сколько она ни заглядывала за горшок с бегонией, записки не было. Тогда Маринка не выдержала и сама написала. Но Женя и на записку не ответила. И Маринке стало ясно, что они навсегда, навеки поссорились. А сегодня, когда они с тетей Клавой направились в Дом пионеров и очутились на Чистопрудном бульваре, Маринка не утерпела и сказала:
— Тетя Клава, можно я в детский дом зайду? Я на минутку.
Тетя Клава крепко держала ее за руку:
— Куда? Зачем?
Завтра у тети Клавы зачет по анатомии, и мысли ее заняты большими и малыми берцовыми костями, ключицами, связками и сухожилиями.
Ох, уж эта тетя Клава! Ничего-то она не слушает!
— В детский дом, вот куда! — Маринка часто переступала своими серыми валенками, чтобы не отстать.
— Только ненадолго. А я пойду в библиотеку. Потом встретимся, как всегда, — сказала тетя Клава.
Маринка свернула в переулок. Вот он, детский дом! Она не успела позвонить, как дверь открылась и на крыльцо выскочила сама Женя, да еще чуть ее не сшибла.
— Маринка! Ты откуда взялась?
— Я к тебе. Ты почему на записку не отвечаешь? — Маринка размотала полосатый шарф. — Пошли вместе в дом пионеров, там сегодня кино «Пятнадцатилетний капитан». И Дик Сэнд придет! То-есть не Дик, а артист, который его играет. Женечка, пошли!