Изо рта Маринки так и валил пар — на улице было очень холодно.
«Пятнадцатилетний капитан»! И Жене вспомнилось, как полгода назад, когда она только что приехала в Москву, Лида говорила про эту картину. А Женя тогда заспорила — пятнадцатилетних не аттестуют… Ох, и глупая же она была!
— Нет, Маринка, я не могу. Да ты заходи!
В коридоре полуподвального этажа было пусто. По вечерам сюда редко кто заглядывал. Дверь кастелянной была закрыта на задвижку.
Девочки уселись на низком широком подоконнике. Маринка стала протирать запотевшие очки. А Женя то задергивала, то отдергивала холщовую занавеску на колечках и молчала. Конечно, она обрадовалась Маринке. Ей пришлась по душе эта маленькая девочка, которая столько читает и разговаривает совсем как взрослая. Но сейчас Женя была занята своими мыслями. Она все думала о сегодняшнем разговоре с завучем, о словах бабушки… Как бабушка сказала: «Вся рота…»
— Женя, ты сердишься на меня? Ты за что на меня сердишься? — говорила Маринка. — Я же вижу… Я напрасно пришла!
— Что ты! Ничего подобного! Только это долго объяснять. — Женя рывком задернула занавеску. — Я ведь перессорилась с девочками. Со всеми.
— Тебя здесь обижают? — испуганно спросила Маринка. — Кто тебя обидел?
— Никто…
И Женя рассказала, как Тамаре Петровне позвонили управления, хотели сказать что-то важное, а Тамара Петровна не стала сразу звонить Журавлевой.
— А что Журавлева хотела сказать?
— В том-то и дело, что я не знаю. — Женя снова дернула занавеску. — Если б сходить в управление, там можно узнать. Журавлева куда-то опять уехала. А надолго или нет — не знаю. А вдруг она уже вернулась? Тамара Петровна что-то скрывает. Я же чувствую!
— А ты сходи.
Женя махнула рукой:
— Туда надо со взрослыми. Я уж там была.
Маринка задумалась.
За окном, над головами девочек, мелькали ноги прохожих. По мостовой прошла тяжелая подметальная машина, и стекла в окне задребезжали.
— А Нина тебе, значит, не сестра?
— Нет, конечно, мы просто дружим!
— Женя, тебе здесь плохо, иди к нам жить! — с жаром сказала Маринка. — У меня мама добрая. И она тебя знает, я ей про тебя все рассказывала. Летом на пароходе поедем, будем купаться, рыбалить…
Женя наматывала на палец шнурок от занавески.
Маринка помолчала, а потом тихо сказала:
— У меня ведь тоже была сестричка, она пропала… Только она найдется. Дяде Диме сама Журавлева сказала. Он сколько раз в управление ходил… Мы и твою сестричку найдем.
Наверху, в вестибюле, послышались шипенье и дребезжащие удары стенных часов.
Женя вскочила:
— Маринка, ты же в Дом пионеров опоздаешь!
— А ты что будешь делать? — Марина робко заглядывала Жене в глаза.
— Ничего… Мне идти надо… Я еще не решила… — нескладно говорила Женя, занятая своими мыслями.
Маринка испугалась:
— Куда идти?
— Мало ли куда!
— Женя, ты только чуточку потерпи! Мы с дядей Димой… нет, с тетей Клавой сходим в управление. Сегодня, сейчас! Честное слово! — говорила она уже в дверях.
И вот Женя снова одна.
В раздумье, медленно проходит она по коридору мимо комнат, где девочки играют, читают, готовят уроки. Им весело, они все вместе. А она — одна.
Ей стыдно зайти в библиотеку и попросить у дежурной интересную книгу.
В зале расшумелись первоклассницы. Но она даже не смеет зайти к ним и прикрикнуть: «Тише!»
Ей неловко и в свою рабочую комнату зайти, где сейчас собрались математики.
Делай, что хочешь… Да вот уже три дня она делает только то, чего не хочет. Как сказала бабушка? «Вся рота не в ногу…»
А она хочет со всеми в ногу! И Женя распахнула дверь пионерской.
Девочки сидели за большим столом. На шахматной доске возвышались белый король и черная королева. И сами игроки и болельщики громко спорили:
— Пат!
— Нет, ничья!
Кира размахивала черным королем и кричала:
— Нету пата, нету! Видит око, да зуб неймет!
Женя, нахмурив брови, остановилась посреди комнаты. Она никак не ожидала, что здесь столько народу, что здесь так весело. И как им скажешь: «Простите меня!» Им вовсе не до нее!
Она стояла как потерянная, сказать она ничего не могла.
Девочки заметили Женю, смех начал стихать.
Всем стало неловко. И Майя не вытерпела.
— Есть такая пословица, — горячо проговорила она: — гость нужен человеку, как воздух для дыхания. Но если воздух задерживается, человек задыхается.
— Гость задыхается, вот кто! — крикнула Женя и, хлопнув дверью, убежала.
Девочки растерянно глядели друг на друга.