Единственной преградой на пути к успеху была Рейчел Плат. Зазнайка с такими же светлыми локонами как у Дав. Рейчел и Дав – героини взаимозаменяемые. Именно так сказал Эйден Сэму, а Дав стала невольной свидетельницей этого разговора. Слова больно врезались в память девушки. Но не одна та расслышала эту гнусность. Именно в тот день подле Дав выросла тощая фигура и с тех пор будто бы тень следовала за ней.
Многие фрики и аутсайдеры до сих пор ведь верят, будто бы это Дав придумала, как унизить Рейчел так, чтобы навсегда сбить ту с Олимпа. Это не совсем так. Провернула тот трюк именно Дав, но придумала его Таня. Дав слишком эмоциональна для подобного коварства. Нет, чтобы творить поистине жестокие вещи разум и сердце должны быть холодны.
– Ты так и не рассказала о своей поездке в Нью-Йорк, – заметила Дав, когда Таня наконец-то добралась до ее дома.
– Я ездила смотреть колледж.
– Не думала, что подобное тебя интересует… – протянула Дав, замешивая смузи в блендере.
– Да, это не совсем то, чего от меня все ожидают… – согласилась Таня, как показалось Дав, с ноткой досады.
Ей всегда казалось, что от подруги как раз не ожидают выдающихся академических успехов, а вот замужества… Дав затормозила в своих мыслях никогда она не думала о том, что отсутствие ожиданий – тоже ожидания. Никто не ждет, что Таня построит карьеру, но семью… Причем семью не счастливую, а такую же бестолковую, как у ее матери.
– И куда ты собираешься?
– Это имеет значение? – спросила Таня.
– Может быть…
– Перестань, ты не пойдешь со мной в один колледж. Наша дружба, Дав, закончится грядущим летом.
Дав опешила. Она это предчувствовала. Подозревала, что школьная дружба возможна только в школе и все же, с какой легкостью Таня говорит о том, что их пути разойдутся.
– Тебя это огорчает? – внезапно удивилась Таня.
– Конечно! – Дав с трудом удержалась от того, чтобы разбить стакан. – Почему ты думаешь, что мы не можем пойти в один колледж? Что если мне вновь понадобиться избавиться от какой-нибудь Рейчел Плат…
Таня хмыкнула. Ее явно развеселили воспоминания об этой дуре:
– Боюсь, времена изменились и секс-шеймингом уже никого не удивишь.
Дав поджала губы. Неимоверных трудов ей стоило спросить у подруги, куда та все же собирается поступать:
– Хочу в школу медсестер.
– Медсестра? – удивилась Дав. – Я думала, тебе нужно что-нибудь более…
– Не нужно перекладывать на меня свои комплексы, – возразила Таня. – Я идеально подхожу для подобной работы. Для меня ведь не существует такого понятия как стресс.
– Да, как и «любовь к людям», – звонко рассмеялась Дав.
Таня одарила ее непроницаемым взглядом.
– Я люблю некоторых людей. Люблю так, как умею.
Дав бы в пору заткнуться и перевести разговор на самую волнующую тему – себя, но она так зла на Таню и на то, что школьная жизнь заканчивается, что…
– Интересно, кого это ты любишь? Лично у меня большие сомнения касательно того, что ты вообще на это способна. Я знаю тебя много лет, ты ведь никому сердце не отдала. Даже влюблена не была.
Таня лишь приподняла бровь. Она умела держать под контролем каждую отдельную мышцу.
– Или я недостаточно доверяю тебе, чтобы рассказать о том, кого люблю?
– Что?
Дав растерялась. Она ощутила, как единственный человек, которому она по-настоящему считала другом, намеренно причинял ей боль. Да, Дав первая начала, но… Таня была терпелива, но ведь она всегда знала, как ранить так, чтобы оправиться было практически невозможно.
– В любом случае, не вижу смысла продолжать этот разговор. Ты со мной в один колледж поступать не будешь, на том и закончим разговор. – Таня улыбнулась улыбкой, за которой ничего не было. А Дав, впервые с момента перехода в среднюю школу ощутила, как ее устойчивый мир пошатнулся. Забытое чувство одиночества.
Таня совершенно не была собой довольна после того разговора с Дав. Она вспылила и жестоко обидела единственную свою подругу. К тому же, вернувшись домой обнаружила мать совершенно пьяной. Настроение окончательно испортилось. Поэтому, подхватив сумку, которую Сэм как-то назвал тревожным чемоданчиком, направилась на поиски места, где сможет обрести покой.
Вариантов, если подумать, не так уж и много. К кому бы она ни пошла, придется объяснять, почему она огорчена. Можно, конечно, пойти к кому-нибудь вроде Арии. Она и не поймет, что внутри Тани разворачивается настоящая драма. Но Ария и поддержать не сможет в ней энергии не хватает чтобы себя бодрить, а здесь…