Когда машина Навина, взвизгнув тормозами, остановилась у ворот, девушка увидела совершенно спокойную миссис Панникер и вздохнула с облегчением — судя по всему, ее мать была жива.
— Ну, как она? — Алиша выскочила из машины и подбежала к экономке.
— Госпожа, — бесстрастно ответила миссис Панникер, — с вашего позволения, я уже обратилась к знакомому врачу. Мы с ним из одной деревни, а сейчас он живет и работает в Бомбее. Он тут же приехал и отвез старшую госпожу в больницу неподалеку отсюда. Мы не могли рисковать, дожидаясь вас, у меня с собой была только небольшая сумма денег, а старшая госпожа не могла сама заплатить. Только, пожалуйста, не волнуйтесь. С ней все в порядке. Доктор Куриен сопровождает ее, а я осталась здесь, чтобы показать вам дорогу.
Алиша подумала, что в следующем месяце надо бы выдать экономке хорошую премию, и перевела взгляд на Навина. Тот разглядывал звезды, насвистывая что-то себе под нос.
— Сейчас, одну минуту, — сказала она и побежала в дом сменить бархатное платье с открытыми плечами на что-нибудь более скромное. Бросив на себя взгляд в зеркало, она заметила, что у нее все волосы в блестках. В полночь всех гостей клуба обсыпали этой дрянью. Алиша наскоро вычесала блестки из волос и побежала к машине.
Навин высадил женщин у небольшой, опрятной на вид клиники, которая располагалась чуть дальше по улице.
— Вас ждать? — безучастно спросил он. — А то у меня завтра тяжелый день.
— Вали отсюда, — сквозь зубы бросила ему Алиша, резко развернулась на каблуках и, взяв миссис Панникер под руку, направилась в отделение интенсивной терапии.
В дверях их встретил доктор Куриен. Алише он сразу понравился. На вид ему было около тридцати пяти, хотя в густых волосах уже пробивалась седина. Доктор сообщил, что ее мать могла бы умереть, если бы миссис Панникер, которая зашла к ней в спальню узнать, не нужно ли чего, не нашла женщину лежащей без сознания на кровати. Говорил он с непривычным слуху, очень приятным, каким-то даже музыкальным акцентом. Алиша делала вид, что внимательно слушает доктора, и исподтишка разглядывала его: смуглая кожа, темные глаза, ухоженные и такие изящные руки с тонкими нервными пальцами. Он был очень высок, так что ей приходилось задирать голову, чтобы поддерживать разговор. И только когда миссис Панникер легонько подтолкнула ее, сказав: «Мадам, доктору нужна кое-какая информация, чтобы заполнить историю болезни старшей госпожи», — Алиша поняла, что не услышала ни единого слова из того, что он ей говорил.
Она очнулась от своих мечтаний и, решив, что это выпитое белое вино и свежий ночной воздух сыграли с ней злую шутку, ответила на все вопросы доктора. Он сообщил, что, следуя указаниям миссис Панникер, нанял для Лилабен круглосуточную сиделку, и посоветовал Алише пойти домой и как следует отдохнуть. И поскольку миссис Панникер решила остаться в больнице, «на случай, если старшая госпожа проснется», Алиша рассудила, что сейчас, когда мать крепко спит, наглотавшись успокоительного, ей самой здесь делать нечего. Она протянула доктору руку, чтобы поблагодарить его за заботу, и уже полезла в сумочку за деньгами, но тот остановил ее:
— С этим можно подождать. Я буду постоянно следить за состоянием вашей матушки до самой выписки. И пожалуйста, давайте не будем сейчас говорить о деньгах. Вас кто-то подвезет до дому?
— Ну, — смутилась Алиша, вспомнив, что отправила Навина восвояси, — если честно, то нет.
— Подождите минутку, я схожу за ключами от машины, — сказал он не допускающим возражений тоном и быстрыми шагами пошел по узкому полутемному коридору.
Алиша посмотрела ему вслед и вдруг почувствовала, как по спине у нее прокатилась волна возбуждения.
Лилабен выздоравливала медленно. Она очень сильно похудела. Алише трудно было поверить, что тощая старуха, которая лежит перед ней на чистых белых простынях, бездумно уставившись в потолок, действительно ее мать. Покончив с ночными развлечениями, девушка вечером после работы мчалась в больницу. И в какой-то момент поймала себя на том, что по утрам очень тщательно выбирает одежду, отказываясь от вызывающих европейских нарядов в пользу традиционных шальвар-камизов и даже сари.
Сапна тоже заметила это:
— В последнее время ты вся сияешь. Я уверена, ты рада, что матери стало лучше, но мне кажется, причина твоего хорошего настроения не только в этом. Ну… рассказывай, что там такое. Или лучше спросить: кто там такой?
— Не выдумывай, — покраснела Алиша. — Ты же знаешь, что я превратилась в сиделку. Ни с кем не встречаюсь, никуда не хожу… — Она схватила свою сумочку и бросила, уходя: — Лучше подумай о прибыли. И о новых проектах.