— Ев…
— Я знаю! Знаю, что надо было поговорить, обсудить, рассказать о своих мыслях.
— Я действительно пока не думаю о семье, но не потому, что не хочу. А потому что мне нечего ей дать. У меня ничего нет, но есть сестра, которой я должен помочь.
Ева кивнула и опустила взгляд. Я сел рядом с ней и взял ее теплую, удивительно нежную ладонь.
— Если бы я знал… — тихо сказал я. — Ни за что не отпустил бы тебя. Я не боюсь ни серьезных отношений, ни будущего. Я думал, что не подхожу тебе по статусу, не смогу дать того, что ты привыкла получать.
— Нет, Кирилл, это совсем неважно.
Ева подняла на меня взгляд, и я не удержался от того, чтобы провести большим пальцем по щеке. Она на мгновение задержала дыхание и закрыла глаза. Я хотел поцеловать ее. Безумно хотел этого, но звонок в домофон отвлек меня. Я нехотя отпустил руку Евы и поплелся ко входу. А когда вернулся на кухню, она уже надевала кофту.
— Не останешься? — спросил я.
— Нет, ты справишься. Следи за Анькой, помогай ей. Если разболеется, я завтра приду.
Она не смотрела на меня, застегивая кофту и хватая сумку. Я проводил ее до двери, все еще надеясь, что она передумает и останется.
Макс зашел в квартиру, посмотрел на наши кислые лица и сунул мне пакет.
— Поехали, отвезу тебя, — сказал Макс, и Ева кивнула. — Лечи сестру, я тоже домой.
Ева попрощалась, так и не посмотрев на меня. А я смотрел, как она уходит с Максом, и где-то внутри тихонько грызла ревность.
Я ходил по квартире из одной комнаты в другую, то хватая телефон, то откладывая его. Хотел позвонить, написать Еве, предложить попробовать еще раз, но уже без страхов и недомолвок. Я думал, что чувства остались в прошлом, что удалось погасить их временем и безразличием, но ошибался. Они не исчезли, они просто дремали внутри. И когда я коснулся ее, они проснулись, волнуясь от одной мысли.
Я действительно не готов к семье, и даже не думал об этом. Мне всего двадцать четыре, еще учусь, а чтобы заработать денег, влез в какую-то нездоровую ерунду. Что я могу дать своей семье, если я со взрослой сестрой с трудом справляюсь?
Кстати о сестре… Я подошел к ее комнате и постучал.
— Макс, если это ты, проваливай! — крикнула Анька.
Я открыл дверь и зашел, не дожидаясь приглашения. Анька сидела в телефоне и совсем не выглядела больной.
— Почему так категорично?
— Достал потому что, — буркнула она. — Скажи ему, чтобы отстал от меня!
— Ты как? Чай тебе сделать?
— Ой, какая забота! Что с тобой, Кирилл? И где Ева?
— Ее Макс домой повез, — сказал я.
Глаза сестры тут же распахнулись, и я понял, что сейчас мы с ней в чем-то похожи. Она взяла телефон и что-то быстро напечатала. Тут же пришло уведомление, и она снова печатала.
— Ань, как думаешь, — нерешительно сказал я. — У меня есть шанс?
— Ни единого, — фыркнула она. — Ты мудак и недостоин ее.
Я не стал отвечать, лишь кивнул. Собственно, так и думал, что не следовало даже надеяться. Особенно после истории с Андреем и Максом Ева увидела меня с другой стороны. С темной стороны, и вряд ли это прибавило мне очки к привлекательности. Еще и связь с Марком — Ева наверняка догадывается, что я влип куда-то, и точно не захочет связываться.
Я отступил к двери, оставляя сестру одну.
— Подожди, — выдохнула она, и я остановился. — Есть шанс. И она ждет, когда ты используешь его. Вслух этого не говорит, но я знаю, что она тоже этого хочет. Если снова не будешь дураком, сделаешь как надо.
— И что я должен сделать?
— А я откуда знаю? Это ты был с ней в отношениях, а не я! Сделай так, чтобы она увидела, что нужна тебе. Родители ее в гости тебя звали, отец на рыбалку. Так сходи! Вон у Макса учись, как внимание к себе привлекать. Только Макс головой об стену бьется, как баран, а ты получишь отклик.
Я повернулся к Аньке и улыбнулся ей.
— Разве он в закрытую дверь бьется? Он как раз-таки стоит рядом с открытой дверью, только ты его пока не пускаешь.
— Не надо, Кирилл, я уже это проходила.
— Ань, Андрей был не системой, а исключением. Но это не значит, что все такие.
— Не понимаю, — она поднялась с кровати и подошла ко мне. — Ты сам требовал, чтобы я не подходила к нему, и что изменилось?
— Я узнал его получше. Люди имеют свойство ошибаться.
Анька посмотрела куда-то мимо меня, обдумывая мои слова.
— Пошли вместе чай попьем? Там еда осталась? — сказала она.
— Суши с креветкой остались твои любимые.
Анька радостно выбежала из комнаты, и уже через секунду из кухни слышался хруст одноразового контейнера. Пока я дошел до нее, она уже сидела с набитым ртом и хватала палочками вторую кучку риса с креветкой наверху.
Я согрел чайник, налил в две кружки чай с лимоном и добавил ей в стакан ложку сахара. Поставил перед ней и наблюдал, как она совершенно по-детски постанывала от еды и громко прихлебывала чай. Щеки раскраснелись от удовольствия или жара, но ей было хорошо. В эти минуты между нами не было войны, только перемирие, пусть и временное.
Анька доела суши, отложила палочки и провела рукой по животу, щурясь от набитого желудка. Я вытащил из пакета мед и конфеты, и подвинул к сестре.
— Рафаэлки! — воскликнула Анька и распечатала пачку. — Ну Евка, знает, что я люблю.
И пока она пихала в рот круглую конфетку с кокосовой посыпкой, я достал из пакета список и пробежался глазами.
— Это не Ева, — сказал я. — В списке нет.
Анька сначала не поняла, о чем я, а когда поняла, рука застыла над коробкой. Пару секунд она мешкала, а потом нырнула и достала очередную конфету. Гордость гордостью, а конфеты любимые. И с таким удовольствием она лопала эти рафаэлки, что я невольно улыбнулся. Пожалуй, конфеты — это единственное, в чем мы никогда не соревновались. Анька сладкоежка, я к сахару равнодушен, и новогодние подарки всегда отдавал ей. Она выбирала вкусные конфеты, а остальные отдавала родителям для конфетницы.
— Может, фильм посмотрим? — предложила Ева. — Ужастик какой-то прикольный вышел.
— Пошли, — сказал я.
Анька допила чай, сгребла мусор и выбросила в ведро. Мы устроились на ее кровати и поставили между нами телефон. Выключили свет, и сестра сразу прижалась к стенке.
Анька посмотрела только половину фильма и уснула, уронив голову на грудь. Я убрал телефон, уложил ее поудобнее и потрогал лоб. Я не силен в тактильном измерении температуры, но, судя по всему, у нее был жар. Не стал тревожить сестру, накинул на нее одеяло и вышел из комнаты.
Но уснуть не смог. Прокручивал в голове все происходящее вокруг и понял одно — нужно разрывать с Марком связи любым способом. И после этого начинать жить нормально. Восстанавливать отношения с сестрой, добиваться Еву и работать на обычной, пусть малооплачиваемой, но безопасной работе. И тогда точно все будет по-другому.
Не сдержался, схватил телефон и набрал Еве сообщение:
«Накормил, чаем напоил и спать уложил»
Сообщение сразу отметилось прочитанным, словно Ева сидела в нашем открытом чате.
«Вот видишь, справился и без меня)»
«С тобой было бы лучше» — напечатал я и улыбнулся.
«Кирилл, ты со мной флиртуешь?)»
«Есть немного»
«Прекращай, а то я не засну)) Доброй ночи»
«Сладких снов. Пусть тебе приснится тот день, когда твои родители уехали, а мы остались у тебя ночевать» — и добавил подмигивающий смайлик.
«О боже, зачем ты напоминаешь! Я и так забыть не могу))»
«Хороший же день выдался» — ответил я и вздохнул от нахлынувших воспоминаний.
«Отличный. Как и много других. Все, Кирилл, спи!»
Я убрал телефон и уставился в потолок, вспоминая тот самый день. Свечи, романтика, и мы только вдвоем, без сестры за стенкой. Как бы я хотел вернуться в то время, и снова ощутить все эмоции, что Ева вызывала во мне.
Глава № 12 Аня
Глава № 12 Аня
Проснувшись под будильник, я выползла на кухню — по-другому это назвать было нельзя. В голове стучало и ныло, тело дрожало от озноба, было ватным и рыхлым. На подгибающихся коленях я с трудом преодолела эти несколько шагов, и на кухне столкнулась с Кириллом. Он увидел мое состояние, силой усадил на стул и налил горячий чай.