— Масло Офана? — Парфюмерша ненадолго задумалась, — Это дорогое масло. Его не так часто берут….
— Стало быть, вы можете назвать имена покупателей?
Она медлила, разглядывая Сета.
— А могу я узнать, что случилось?
— Я веду следствие, госпожа Хат, и любая помощь, — Сет помедлил, — равно как и помеха будут оценены в должной мере, — сухо, по казенному ответил Сет, видя, как недовольно скривилось лицо парфюмерши.
— Ну, дорогой граф, мне кажется, вы пытаетесь запугать меня?
— Нисколько. Я всего лишь ответил на ваш вопрос, а вы пока нет. Я думаю, в ваших интересах будет сказать мне правду, иначе…, - он помолчал, глядя, наблюдая за изменениями в выражении лица парфюмерши, — иначе мне придется задать другие вопросы.
— Другие? — В голосе демоницы послышалась легкая тревога, — Какие еще другие?!
Сет пристально посмотрел ей в глаза.
— Ну, например, сколько «обращенных» в действительности работают на ваших смольных рудниках. Есть информация, что их больше, чем дозволено и, кажется, это не совсем законно. Так ли это, госпожа Хат?
Демоница вздрогнула, взглянула и покорно произнесла:
— Спрашивайте, господин граф, я помню всех своих клиентов.
— Тогда еще раз: меня интересует, кто в последнее время покупал у вас это масло, — Сет не сводил с нее взгляда.
Госпожа Хат выдержала небольшую паузу, после чего негромко спросила:
— Вы обещаете, что вопрос о рабочих не будет вас больше интересовать? Я все же даю им работу, и хорошо оплачиваемую работу. Мы договорились?
В ее глазах читалась притворная мольба, но Сет решил подыграть ей.
— Да, — коротко ответил он, постаравшись придать голосу холод и высокомерие большого начальника, — если вы скажете правду.
— Я верю вам, — опасливо произнесла госпожа Хат, — и отвечаю на ваш вопрос. Меньше дюжины ночей назад от судейского Эфиппаса приходил «обращенный», и заказал любовное масло Офана. Он так и сказал — любовное масло для Эфиппаса, — парфюмерша негромко хихикнула.
— Его звали Надгробный? — Спросил Сет, почти не сомневаясь в ответе.
Парфюмерша радостно вскинула брови.
— Ой, точно! Я еще подумала, какое мрачное имя!
Сет поймал себя на мысли, что ожидал услышать другое имя, например, Мертвецов, но тут же подумал, что в нем, скорее, говорит нелюбовь к помощнику директора, чем объективность.
— И больше никто?
— Я же говорила, — парфюмерша продолжала тревожно смотреть Сету в глаза, — масло-то дорогое, не каждый может себе позволить.
— Хорошо, — Сет понял, что все, что можно было узнать, он уже узнал, и добавил, — но у меня будет к вам просьба.
— Желаете что-нибудь приобрести?
— Нет, — он отогнал назойливую мысль о Прозерпине, — я могу надеяться, что о нашем разговоре не узнает ни одна душа?
Парфюмерша энергично замахала руками.
— Что вы, граф Раум, я буду нема, как могила!
— Прекрасно, — ответил Сет, и, не говоря больше ни слова, вышел на улицу, с удовольствием вдыхая холодный, свежий воздух.
Увидев выходящего из дверей парфюмерной лавки начальника, Посмертный легонько тронул лошадей, подкатывая экипаж к Сету.
— Куда едем, шеф?
— В Департамент связи.
Брови Посмертного удивленно взлетели вверх, но он воздержался от комментариев. Дождавшись, когда Сет закроет за собой дверцу экипаж, он лихо свистнул и, стеганув лошадей хлыстом, проорал:
— Пристегните ремни безопасности…! Наш полет проходит на высоте десять тысяч метров под уровнем моря…! Н-но, родные! Пошли, каурые…!
…В отличие от многих других учреждений Хада работа в этом Департаменте не прекращалась ни на минуту. Представившись, Сет попросил дежурного провести его в отдел регистрации пропусков. Немолодой демон с удивлением посмотрел на него но, не сказав ни слова, проводил Сета к небольшому окошку. Наклонившись, Сет увидел миловидное лицо демоницы и, вежливо улыбнувшись, негромко произнес:
— Темной ночи, барышня. Я старший следователь по особо тяжким грехам граф Раум.
— И вам…, темной ночи, — демоница растерянно посмотрела на Сета, не понимая, что нужно этому важному господину.
— Как вас зовут?
— Меня?! — Растерянность сменил откровенный испуг, — Простите! Аза Бель, а что?!
— Да вы не пугайтесь так, — Сет улыбнулся, — у меня есть пара вопросов, и я надеюсь, что вы сможете мне помочь.
— Да, я слушаю! — Аза подалась вперед, всем своим видом выражая полную готовность к сотрудничеству.