Открыв дверь, он немедля направился к своему стулу, щелкнув настольной лампой на расстоянии. Поморщился: от управления силами, даже такого незначительного, в висках стрельнуло. Рухнул на сиденье и, крутанувшись туда-сюда, изучил Анастасию задумчивым взглядом.
– Сядь, – велел он, кивнув на Марков стул.
– Может сначала голова?
– Да, но сначала сядь, – улыбнулся Сет и нырнул под стол.
– Сэр! – простонала Анастасия возмущенно. – Я на работе! А вам стоит найти другое лекарство от истощения!
Садиться она не стала, нависнув над стулом Верховного.
Тот вынырнул, изумленно вскинул голову, рассматривая возмущенную девушку, и улыбнулся чуть криво.
– Вот насчет этого я и хочу поговорить, Солнышко!
– Сначала голова, – непреклонно мотнула своей Анастасия.
– Моонг, как же мне нравится, когда ты такая властная! – мурлыкнул Сет игриво.
Но Анастасия успела хорошо изучить мага за прошедшее время и только фыркнула, хватая его голову руками.
– Замри! – рыкнула она, осторожно активируя заклинание. – Вот теперь можем и поговорить, – довольно констатировала она, когда последний отголосок чужой боли растворился в ее силе.
– Как скажешь, Солнышко.
Сет смотрел на нее с кривой улыбкой, но разговор начинать не спешил. Дождался, пока Анастасия пригубит напиток: хохотнул, когда та сморщила нос, и отпил сам, позволяя телу расслабиться. Последнее время для лечения своего недуга он предпочитал звать Анастасию и как-то незаметно привык к ней, как к Вольгу. Отношение самой девушки к нему тоже изменилось. Теперь, стоило нырнуть в ее мысли, образ Верховного представал не серой массой с некоторыми всполохами цвета, а довольно яркой фигурой. Был в обилие цветов и черный, недовольство, злость и остальные негативные чувства. Но даже они были словно спаяны с другими цветами. Означало это, что чувства при этом теплые. Злость не такая, при которой хочется убить. А такая, при которой хочется наорать и показать, как нужно исправить. Анастасия готова была терпеть его минусы, разобрав истинную натуру. Готова была, но не терпела, возмущалась. И это настраивало Сета на ее сторону еще сильнее. Предательство Эмилии уже не казалось ему настоящим, но все равно доставляло боль. Возможно, именно поэтому Сет искал кого-то близкого. Замену вырванным чувствам.
– Так что вы хотели? – не выдержав пристального, долгого взгляда, переспросила она потупившись. Как обращаться к Верховному, она еще не решила, перескакивая с грозного ты на почтительное вы.
– Скажи, Солнышко, – Сет внезапно неуверенно хмыкнул, так же отводя взгляд. Но тряхнул головой и посмотрел уже прямо, пронизывающе. – Как ты отнесешься, если я избавлю тебя от подчинения Таролу?
Анастасия выпрямилась, округлив глаза, и долго могла только глубоко дышать. Она никогда даже не представляла, что такой вопрос может прозвучать. Что-то внутри орало: соглашайся! Это твой шанс. Небывалый скачок! Выше Тарола. Личный лекарь самого Верховного.
Но другая ее часть с ужасом замерла. Доверие Верховного значило многое. Еще больше оно будет стоить, если она не справится. Или, если посмеет предать его. А ведь ситуации бывают разные. И не столько неприязнь к рожденным им виной. Такое отношение Верховного не останется втайне, а с учетом количества его врагов…
– Я не… – голос подвел. Захрипел, исчезая. Прокашлявшись, Анастасия выпрямилась, уже уверенно проговорив, – дайте мне немного времени.
– Конечно, Солнышко, – улыбнулся ей Сет. – Скажу откровенно, именно этого ответа я от тебя и ждал, – хмыкнул он. В глазах его неожиданно ярко вспыхнула печаль. – Более того, согласись ты сразу, навряд ли я осмелился бы продолжить наше сотрудничество.
Он вновь улыбнулся, на этот раз широко и лукаво. И в глазах его были только игривые огоньки.
– Иди, Солнышко.
Анастасия кивнула, поднимаясь. У самой двери, уже схватившись за ручку и повернув ее, неуверенно обернулась – чтобы заметить в черных глазах все ту же печаль. Только сейчас она окончательно поняла, что согласится. Не просто согласится, но и сделает все, чтобы глаза Верховного как можно реже посещала эта обреченность.
Стоило двери закрыться за спиной девушки, и из кабинета помощников раздались голоса. Встретившиеся говорили тихо. Но Сет разобрал осторожные вопросы.
– Как он?
– Так себе, ему бы не голову лечить…
– Состояние?
– Печальное…
Затем шаги разошлись. Хлопнула дверь в коридор и скрипнула внутренняя.