Марку подумалось, что этот вопрос еще станет для него самым любимым.
– Срезать решил немного, как раз бы к концу смены с участка выехали.
Поразмыслив, Марк решил, что лучше пускай шеф считает его ленивым идиотом, чем идиотом, нарушившим приказ.
– Угу, конец смены, и ты к концу рабочего дня решил приключений поискать, да? – шеф сверлил Марка тяжелым взглядом. Создавалось впечатление, что сейчас он возьмет многострадальный кактус и запустит его в рожу идиоту-подчиненному.
– Да нет же, – смущенно буркнул Марк, под давлением недовольства начальника, все ниже опуская голову, – там люди были, бросились к машине, просили…
С каждым доводом кустистые брови Изверга ползли все выше, а выражение лица становилось все «добрее».
– Шеф, ведь обошлось же?!
– Ты уверен? – с таким тяжелым вздохом произнес Измаил, что Марк уже ни в чем не был уверен. Шеф еще немного посверлил непутевого подчиненного взглядом и с очередным вздохом выпрямился, помассировав лицо руками. – В общем, так, – как-то угрожающе начал он излагать, – только что звонил твой спарринг-партнер. Лично! – Измаил полюбовался на вытянувшееся лицо полицейского и лишь тогда продолжил, – новое распоряжение, бар «Розовый бегемот» отходит под твой личный контроль.
– Чего? – Марку казалось, он ослышался, но шеф быстренько развеял все сомнения, состроив зверскую рожу.
– Того! – издевательски округлил глаза Изверг, передразнивая Марка. – Каждый вечер, перед концом смены, будешь заходить туда и проверять отсутствие дебоша. А в случае обнаружения дебошира в твои обязанности входит его обезвреживание и передача заинтересованной конторе, то есть МВ. Уяснил? Свободен.
Такого оригинального наказания Марк точно не ожидал. Выпучил глаза, молча разевая рот, и напоминал Измаилу большого карпа, пару дней назад купленного женой на ужин.
– Но, сэр, – беспомощно начал Марк, справившись с потрясением, – я же патрульный, это не входит в мои обязанности.
– Об обязанностях нужно было вчера думать. Перед тем как переться в этот злополучный бар, – устало отрезал шеф и недвусмысленно указал на дверь.
Ошарашенный и подавленный Марк пополз на планерку. Сейчас еще какую-нибудь гадость там услышать, и день удался на сто процентов.
К счастью, на планерке никаких неожиданностей не перепало. Роли были известны и отработаны, задачи ясны и зазубрены. Головомойки страшнее похода в кабинет Изверга быть и не могло. А вот после общего сбора неожиданный и очень неприятный сюрприз не замедлил явиться, в виде листа-распоряжения, лишавшего Марка напарника. Френк не пожелал становиться мальчиком для битья и местным дурачком, упросив шефа заменить ему напарника. Шеф долго кочевряжиться не стал, прекрасно понимая чувства полицейского, и подписал бумаги.
Впору самому было идти в злополучный бар и надраться с горя. Останавливало лишь нежелание еще раз встретить Верховного, слишком болели воспоминания. К тому же рабочее время только началось.
– Вот же, блин, – досадливо поморщился Марк, заводя машину. Улыбнулся криво, отразившемуся в зеркале заднего вида опухшему мужику симпатичного сливового цвета и уже веселее нажал на педаль, выкручивая руль. Может оно и к лучшему, хоть какое разнообразие в жизни, а Френк его всегда раздражал. Ну его, напарника, которому не доверяешь.
Патрулировать улицы в одиночестве оказалось ужасным занятием. За всеми минусами Френка, он хотя бы развлекал неприличными комментариями и нытьем по поводу и без. Без него же в машине стало скучно, одиноко и досадно от необходимости уделять вдвое больше внимания улочкам.
– Так и с ума недолго сойти, – буркнул Марк, заметив, что разговаривает с радио, веселым мужским голосом вопрошавшее, какой стиль в музыке наиболее значим.
Сегодня конец смены приближался неотвратимо, не обращая внимания на все Марковы мольбы и просьбы. Проклятый «Розовый бегемот» радостно моргал вывеской, привлекая праздношатающихся и отпугивая самого Марка. Слишком настороженно заходили внутрь некоторые посетители, а большинство, только попав туда, спешили выйти обратно и довольно споро удалялись в темноту улиц.
Марк сидел в припаркованной у бара машине уже около пятнадцати минут. Боялся заглянуть внутрь заведения и увидеть причину такой переборчивости людей. Боялся, но понимал – это неизбежно.
Набравшись храбрости, он быстро, не желая передумать, вышел из машины. Фуражку загодя оставил на пустующем сиденье напарника и так же быстро, на одном дыхании, добрался до двери бара. Как мог незаметно вдохнул и под сочувствующим взглядом охранника зашел внутрь.