Мари не торопила. Поставила перед братом ужин и, немного подумав, налила в стакан единственного найденного дома алкоголя – давно выдохшегося вина.
– Спасибо… в общем, я с магом подрался, – покрутив стакан в руке, Марк решил, что начать стоит с самой важной детали, грозившей ему длительными проблемами.
– О, Наблюдающая, тебя уволили? – в ужасе округлила глаза Мари: нет ничего хуже, чем перейти дорогу одаренному.
– Нет.
– Арестуют? – все тише становился ее голос.
– Да нет же, блин. Я теперь вроде как его спарринг-партнер.
– То есть, он теперь постоянно будет тебя избивать? – ужас в голосе Мари тут же сменился на гнев.
– Почему избивать? – наконец вскинул взгляд Марк на сестру, а вспомнив, провел рукой по щеке и буркнул, – а, нет. Я победил, и теперь он хочет иногда со мной драться.
– А… Ага, – неуверенно, но уже гораздо спокойнее проговорила Мари. – И он не будет злиться и требовать для тебя наказаний?
– Нет, но он… сильный зар-раза… – протянул Марк с невольно проскользнувшим уважением, – так что разукрашенным, думаю, мне еще долго ходить.
– О, Марк.
– Да ничего, маленькая, я это к чему – ты не пугайся, пожалуйста, когда я буду таким вот… – Марк запнулся.
Мари покачала головой и тяжело вздохнула.
– Завтра выходной?
– Да, пойду на тренировку. Буду готовиться к следующей встрече с этим ублюдком, – насупив брови, кивнул Марк, вызвав у сестры улыбку. Взволнованную, но все же улыбку.
***
Выходные всегда пролетали незаметно. Два дня отдыха на декаду - это мало. Марк пытался работать по графику пятидневок. Но за один выходной он не успевал даже выспаться, что уж говорить про отдых. Уже через три декады такой работы он стал напоминать себе восставшего мертвеца как видом, так и отсутствием мыслей и любых желаний, кроме сесть и отдохнуть. А ведь столько всего нужно было успеть. Тренировки, закупки, домашняя работа, личная жизнь, в конце концов.
Марк тоскливо вздохнул, поворачивая газонокосилку на очередной круг.
– Маркуша, это ты шумишь? – старческий голос умудрился достичь Марковых ушей, игнорируя рев газонокосилки.
Соседка, Ариадна Эрскин, маленькая, всегда подозрительно прищуренная женщина с пушистой ватой волос, говорила негромко, но ее голос пробивался сквозь любую преграду, будь то стена или ревущая машина. Удивляться такой способности Марк давно устал и лишь повернулся, приветливо улыбаясь.
Миссис Ариадна очень помогла ему, когда необходимо было находиться в нескольких местах одновременно. По мере сил своих смотрела за Мари, пока сам Марк учился и работал.
– Добрый день, бабушка, – заглушив косилку, поздоровался Марк.
Своих бабушек, как и дедушек он в живых не застал, и охотно согласился называть так Ариадну, когда та попросила.
– Молодец, – окинув взглядом небольшой участочек зелени между заборами, уже почти весь напоминавший коврик, одобрила Ариадна. – Хозяйственный. А вот бабушка – ленивая развалюшка, совсем заросла. Скоро до ящика посланий не дойду – заблужусь.
Марк едва сдержал стон. Уже давно, с тех самых пор, как остался в доме за хозяина, он всегда косил оба газона. Сначала свой и сразу за ним бабушкин. Но неизменно, стоило завестись косилке, Ариадна появлялась и строила брошенное одиночество, тяжко вздыхая и стеная о загубленной жизни.
– Бабуль, сейчас достригу и к тебе приеду, – как всегда клятвенно пообещал Марк.
– Ой, спасибо, Марк, а то сама-то я… – Ариадна не договорила, оборвав очередную жалобу на середине. Со стороны застройки раздалась сирена. Судя по коротким, въедливым сигналам МВ: опять провожают кого-то из рожденных, чтобы его высокомерие кто не обидел.
Из-за поворота и правда выскочили три черных служебных машины. Две проехали мимо. Последняя остановилась ровно напротив забора, между участками Ариадны и самого Марка. Вышедший маг не понравился Марку с первого взгляда. Пробужденный, об этом говорил черный ромб татуировки на правом предплечье, словно невзначай продемонстрированный ему и бабуле. Цифру Марк не видел, но этого и не требовалось. Сам-то он магом не был. Мвшник оказался высоким и крепким: черная майка и форменные штаны четко прорисовывали рельеф. Молодой, он между тем смотрел на Марка, как на гнилое нечто, залепившее ботинок.
– В дом, – коротко велел разом и старушке, и Марку.
Ариадна, не споря, посеменила к двери. Периодически бабушка оглядывалась и бросала на мвшника такой подозрительный взгляд, что тот не сдержался и зажег на пальцах желтые искры. Ариадна тут же юркнула в дом.
Марк уходил спокойнее. Вытирал руки о старые, линялые штаны и ругался, проклиная и магов, и МВ, и самого Верховного. Последнего просто по привычке. Терять время одного из выходных в ожидании, когда проедет неизвестный рожденный, очень не хотелось.