– Машину забери, – зло окликнул его мвшник, проводивший взглядом старушку и теперь всецело переключившийся на Марка.
– Да, блин, чем она тебе мешает? – не сдержался Марк. Убрать косилку несложно, но опять же лишнее время, газон-то он еще не достриг.
– Убрал машину! – зло рявкнул маг, поднимая руки выше.
Марк полюбовался игрой желтого пламени на пальцах мага и сплюнул, все так же медленно потопав обратно.
– Быстрее! – уже рычал тот, слушая шуршание в передатчике, надетом на правое ухо.
– Уже бегу, блин, – едва слышно буркнул Марк, даже не думая ускоряться.
Стоило коснуться ручки косилки, из-за поворота показалась другая машина. Последний в серии «Эльсир» темно-вишневого цвета без верха с тихим стрекотом подбирался все ближе.
Марк ощутил, как тело сковала чужая воля. Спина неестественно выгнулась, повинуясь сжимавшимся и застывавшим мышцам. Руки онемели, до боли стискивая металлическую рукоять. Даже вдох сделать не получалось. Марк невольно, не в силах смежить веки, наблюдал, как проезжает мимо красавица-блондинка, сидевшая за рулем «Эльсира», и мысленно молил ее ускориться. Боялся, что не выдержит пугающей пытки оцепенением.
Но машина скрылась между деревьев, и чужая сила отпустила. Марк судорожно, со слезами на глазах, вдохнул. Закашлялся и вновь резко выдохнул, сбитый невидимым ударом под дых. Пролетев несколько метров, он получил еще один удар. На этот раз от земли, не желавшей, даже ради хозяина, становиться мягче.
Следом полетела и рухнула в нескольких шагах газонокосилка. Звякнула, рассыпаясь набором деталей, и затихла.
– Если я получу выговор, то вернусь и соединю вас в единое целое, – прошипел виновник неплановых полетов, зло тыча в сторону Марка указательным пальцем.
– Урод! – простонал Марк в след удаляющейся машине, пытаясь сесть так, чтобы ничего не болело. В первый раз он вспомнил о Верховном с теплотой. Тот, по крайней мере, бил только руками-ногами, не подключая свою силу, к тому же ему и ответить можно было.
Вечер пришел неожиданно быстро и Марк, растягивая последние часы уходящего выходного и молча радуясь, что впереди еще один, сидел на диванчике в гостиной. Мари лежала рядом, умостив голову ему на колени, а ноги закинув на подлокотник. Читала учебник, от одного названия которого у Марка включался комплекс неполноценности. На столике перед ними стоял давно остывший чай и пустая тарелка от бутербродов. Может Марк и пошел бы уже спать, но по негласному правилу, кто первый встал тот и моет посуду, а это было выше его сил. Он даже начал подумывать, что пора давить сестре на жалость, но пока держался.
Висящий в свободном углу справа от лестницы телевизор монотонно бубнил о достижениях науки.
Марк мысленно пообещал себе, что когда закончится программа, он непременно встанет и пойдет спать. И верный своему слову зашевелился, стоило пойти титрам.
– М? – посмотрела на него Мари, не думая убирать голову с его колен.
– Спать пора, – со вздохом сознался Марк, невольно поморщившись. Высыпайся он в рабочие дни, не пришлось бы ложиться вместе с солнцем, столько еще сделать можно было.
– М-м, – согласно промычала Мари, освобождая брата.
Но даже встать с дивана Марк не успел. Вечерние новости начались с возбужденного лепета девушки-телевизионщицы и фотографий развороченного дома.
– Опа, – только приподнявшись над сиденьем, плюхнулся Марк обратно.
Фотографии сменились видеосъемкой и другим, не менее возбужденным парнем, стоящим с микрофоном напротив руин. За его спиной лениво, словно прогуляться вышел, прохаживался Верховный. Сет то и дело поднимал взгляд к остаткам здания, после чего его шаги становились шире, но притом размереннее, словно маг что-то проговаривал про себя, измеряя слова шагами.
Марк быстро бросил взгляд на часы: девять вечера. Посмотрел за окно, сравнивая увиденное в телевизоре с творящимся снаружи, и устало выдохнул. Сон откладывался, теперь нужно было ждать звонка из Бегемота. Навряд ли после такого Сет спокойно поедет домой.
Но время шло, а звонка так и не было. Мари давно вымыла посуду и ушла, оставив его в тишине и темноте. И наконец, Марк не выдержал, пошел спать и сам, проклиная про себя Верховного, от которого не знаешь чего ожидать.
***
Как оказалось, избавиться от неприятных мыслей непростая задача. Марк то и дело прокручивал в голове все свои обиды, с каждой минутой всё больше погружаясь в уныние. Два выходных пролетели слишком быстро. Проклятый синяк, восхитивший тренера даже намазанный подаренной мазью проходить не собирался, сделавшись мерзкого болотного цвета. Марк поймал себя на мысли, что боится завтрашнего рабочего дня.