– С ума сошел? – недовольно глянул на возмутителя спокойствия вахтенный, – он еще внизу, огнем допрашивает.
– Мля-я, – теперь и новоприбывший бросил в коридор настороженный взгляд. После этого заклятия Верховный будет уставший и недовольный. А недовольный начальник – это тихие и запуганные подчиненные, сидящие на своих местах и усердно делающие очень занятой вид. – Пойду я тогда, – быстро проговорил страж, прихватывая шлем подмышку, но сделать и шага не успел.
Двери лифта с тихим шелестом раскрылись, выпуская наружу осунувшегося, недовольно нахмурившегося Верховного.
Неуставное действующее лицо посреди коридора приковало его внимание быстро и основательно. Не спуская глаз с занервничавшего подчиненного, Сет подошел почти вплотную и, оглядев лицо бойца, постаравшегося придать себе бравый вид, мрачно спросил:
– Певец где?
Как Сет умудрялся помнить всю тысячу в лицо, воины не знали, но всегда пугались такой его осведомленности.
– Закончил, сэр, отправился к рожденным, – щелкнул каблуками вояка, вызвав гримасу отвращения на лице мага.
– Не шуми, и так башка болит, – прошипел Сет поморщившись. Немного подумал, махнул рукой на идиота и медленно двинулся дальше по коридору.
Оба стража стояли молча, боясь пошевелиться и привлечь внимание. Облегченно выдохнули, когда за поворотом, где скрылась неуверенно бредущая фигура, щелкнула замком дверь кабинета.
– Пронесло? – испуганно шепнул вахтенный, с недоверием сверля угол глазами.
– Ага, – так же тихо прошипел второй. – Пойду я лучше.
И под невнятное, но согласное бормотание быстро, но беззвучно пошел к лестнице, чтобы не ждать лифта и не искушать судьбу.
***
Кабинет Верховного представлял собой словно два разных помещения, разделенные столом. Передняя его часть была пустая, лишь притаилась у дверей рогатая вешалка, да слева у стены стояли кожаный диван и его младший брат, кресло. Гостевой стул, мягкий, но неудобный, не имел своего места. Он передвигался по всему кабинету, зависело это лишь от настроения хозяина.
Вторая часть, по размеру не меньше чем первая, была личным пространством мага. Всю заднюю стену занимал разделенный на множество секций шкаф. В нем входом в бездну чернела дверь сейфа, и моонгом, выскочившим из этой бездны, огромная кофемашина. Между столом и шкафом оставалось достаточно пространства. Нарушало его только средство передвижения: удобный, эргономичный стул на колесиках, на котором Верховный добирался от рабочего места до кофемашины.
Несмотря на мощность и загруженность мебели, выглядела она строго и даже аскетично, поражая порядком.
Стол из темно-винного дерева, массивный, тяжелый даже на вид, непреодолимой преградой отделял Верховного от посетителей. Рабочей поверхностью для мага служила лишь треть его, оставшаяся часть тянулась к самой стене и была полностью закрыта «работой». Папки, отдельные документы, аккуратными стопками лежали вдоль его края, дальше стояли коробочки, ящички, россыпь драгоценных камней и заготовки артефактов. А в самом конце, взирая на все это богатство, стояла простая лампа на изогнутой черной ножке. Источник света в ней был направлен на угол между стеной и потолком, чтобы при включении не раздражал глаз.
Свет в кабинете Верховного горел постоянно: либо сиял, порожденный потолочными светильниками, либо, как сегодня, осторожно разгонял тьму мягким светом настольной лампы.
В кабинете не было окон. С боков они выходили бы в глухой забор купола и на шумную парковку – что Сету нравилось намного меньше, чем глухая стена, – а прямо – в здание статистики.
После допроса время потянулось смолой. Сет сидел, откинувшись на спинку стула, и, прикрыв глаза, ждал, когда закончится дневная смена – когда в МВ было больше всего дел, и чаще требовалось его непосредственное участие в них.
– До завтра, сэр, – знамением вечера прозвучал в наполненном тишиной кабинете голос дневного помощника.
– Добрый вечер, сэр! – тут же ознаменовал конец ожидания голос помощника ночного.
Дверь тихонько притворилась, показывая, что никаких свершений от Верховного не ждут.
Сет устало выдохнул. День был тяжелый. Залеченные руки саднило воспоминанием, изгнанная мигрень осторожно касалась мозга, явно намереваясь вернуться и разгуляться с новой силой. Посидев еще около десяти минут, прислушиваясь к ощущениям, Сет все же встал. Пошатнулся слегка: потраченная магическая энергия еще не восстановилась. Стиснул зубы и вновь сел и зарылся в верхний ящик стола. Зажал в руке найденную подвеску-накопитель с рубином, в который раз за день вытягивая из нее необходимые силы. Поморщился досадливо: такое восстановление вместо облегчения принесло лишь боль и открыло дверь обрадованной мигрени.