– И как же… остановить колесо? – с едва заметным интересом уточнил Руи.
– Я хочу дать лишенным волю. Выбор. Только это позволит убрать недовольных нашим правлением.
Руи не сдержался, фыркнул, помотав головой и тут же вновь застыл, сверля Сета заледеневшим взглядом.
– Уберут тебя. Даже мне не удастся защитить тебя в таком случае. Никто в здравом уме не позволит лишенным выйти из-под контроля. Это смерть для нас.
– Смерть для нас продолжать держать их в слишком тесном загоне. В конце концов, они снесут забор. Собственно, в этом и состоит суть договора. Я делаю так, что Совет и дальше будет править лишенными, пусть и не так явно, как это было до сих пор. А ты делаешь так, чтобы мне не мешали.
Руи задумался, молча глядя в свой бокал. Не позволяя ему уйти в своих размышлениях, застывших за годы правления, не в ту сторону, Сет заговорил.
– Давай поразмышляем. Меня снимают. Помимо твоего недовольства и огромных потерь, мы получаем нового Верховного. Саймон Скай плохой Ка-губернатор. Мне слишком часто приходится вмешиваться в его правление, слишком часто приходится просить Совет вложить щенку немного мозгов. Несколько фактов: в его номе правят старые порядки, комендантский час, запрет на выезд для молодых людей, выбор места учебы за детей. И вот он приходит к власти в Азилуме. Правила нома распространяются на весь мир. Люди не могут менять статус, не могут стать юристами, если родились фермерами. Они вынуждены работать по две смены, потому как лишенные обязаны только приносить пользу и ни в коем случае не отдыхать. Нельзя высказывать недовольства, за это смерть или работы. Как думаешь, они предпочтут молча слушаться или возьмут пример с тех студентов?
– Мне не нравятся твои слова. Более того, не будь ты моим сыном, я бы уничтожил тебя на месте. – Руи замолчал, давая Сету время, чтобы понять сказанное. – Поэтому я представляю, какую реакцию вызовет твое предложение в Совете. Но, что-то в твоих рассуждениях есть. Поэтому я хочу услышать твой план, – сдаваясь, выдохнул Руи, наконец расслабившись и приготовившись слушать.
– Ну наконец-то конструктивный разговор! – хохотнул Сет, внутренне расслабляясь. Да немного заранее, но сидеть перед отцом, словно ожидая удара, ему надоело. Пригубив вино, он пересел со стола на стул. Все же, нужно хоть немного расположить отца к себе.
Разговор затянулся. В результате, когда они с отцом вышли из столовой, времени на беседы с другими родственниками не осталось. К матери его не тянуло, а вот с Исиль поболтать было необходимо. Зато и большая часть дальней родни уже уехала в здание Совета. Лишь несколько ближайших из них лениво ходили по холлу, ожидая своего экипажа.
С Сетом они здоровались приветливо, никогда не знаешь, что ждет завтра и ссориться с действующим Верховным они не спешили.
– Я на своей, – тихо бросил Сет отцу, пока тот неодобрительно рассматривал прибавившийся народ. Его можно было понять, во время отсутствия всех этих магов дом и созданный в нем мир будут поглощать энергию из накопителей. А это потери, пусть восполнимые, но дорогостоящие.
– Нет, – коротко бросил отец, даже не повернув головы. Явно ожидал, что сын, как и раньше, беспрекословно подчиниться.
Но Сет лишь усмехнулся и пошел к выходу: он предупредил, дальше дело отца злиться или нет, но помешать он уже не сможет.
– Он тебя испепелит, – остановил его почти у выхода веселый голосок Исиль. Сестра, уже переодевшаяся в обтягивающее черное платье, подпирала плечиком стену, ожидая, когда отец позволит ей выйти. Рубины украшений, совсем не простых, притягивали взгляд несколько неестественным блеском.
Сет недоуменно обернулся туда, куда смотрела Исиль, где с нарастающим весельем увидел сверлящего его взглядом отца.
– Желаешь позлить? Давай со мной! – хохотнул он, склонив голову набок.
– Ну уж нет. Это ты завтра исчезнешь, а мне с ним еще жить и жить, – весело рассмеялась сестра, показывая ему легкими взмахами руки двигать дальше. – Там поговорим, ты же не зря на меня так смотрел?!
Сет хохотнул довольно и, изобразив шутливый поклон, вышел из особняка.
Глава 11. Осознай свое положение
На самом деле, являться на праздник раньше родственников Сет и не думал. Вместо этого он проехал по Солару, пытаясь найти те самые «хорошие воспоминания» хотя бы в нем. Выходило не очень. Вспомнились, конечно, и просаженные в казино украшения, и разнесенный в хлам бар, за который потом пришлось отдавать собственные деньги, так как отец наотрез отказался погасить долг. Хорошо, что происходило это в короткие декады побывки, когда Сет уже работал и зарабатывал. Других, более приятных, воспоминаний не явилось.