– За что мне это? – поинтересовался Сет у кипы бумаг уже рассмотренных и переложенных в дальний левый угол стола. Эта куча оказалась раз в пять меньше новой. Сет, так и не дождавшись ответа на поставленный вопрос, тоскливо промычал и схватил самый верхний лист, уставившись в него и почти ничего не замечая.
Когда, наконец, удалось разобрать буквы, лист с очередным стоном был брошен на стол, а Сет, резко оттолкнувшись ногами, уехал на стуле ближе к кофемашине. Поднявшись и привычно нажав нужное сочетание кнопок, он получил в свое распоряжение исходящую паром и ароматом чашку. Вернулся к столу вместе со стулом. Сделал несколько глубоких вдохов, практически всунув нос в самую чашку и, довольно прищурив глаза, отставил ее на самый край стола.
Лист вновь был подобран и на этот раз внимательно изучен. К счастью, ничего сверхъестественного бумага от него не требовала, а всего-то просила утвердить квоты на вылов.
– Рем! – рявкнул Сет, едва сдержав стон.
Отчеты, кляузы, жалобы уже сидели в печенках. Из сотни бумаг достойной его внимания была лишь одна, от Ка-лота третьего лота. Старик Вилли писал, по мнению других, глупости, как, например, в этот раз жаловался на излишнюю активность птиц на одной из гор-вулканов и возросшее число мелких землетрясений. Если бы Сет не знал этого мага так хорошо, не знал, что тот любит третий лот безмерно и занимает эту должность уже долгие сорок лет, так же посчитал бы эти сведения тонкой издевкой. Но, просто так ничего не бывает. Оттого на лот отправится проверка, причем в ближайшие несколько часов.
– Да, сэр? – с таким же тоскливым выражением на лице зашел в кабинет помощник. Его смена заканчивалась через пятнадцать минут, и единственное чего он сейчас хотел это собраться и ждать последнюю минуту, а не отвечать на мозголомательные вопросы Верховного.
– Отчет экологов и иже с ними где?
– Так, нету его еще, – недоуменно пожал плечами Рем.
– Так какого моонга у меня на столе уже лежит запрос по квотам? – прорычал Сет, потряхивая бумагами.
– Так, вы же просили в этом триместре все документы сразу к вам, – не понимая гнева начальства, возмутился помощник.
– Моонг! Иди, – вспомнив, что действительно давал такое распоряжение, велел Сет, возвращаясь к рутине.
А ведь он давно хотел разделить две должности. Верховный с его делами отдельно, глава МВ с магическими проблемами отдельно. Не сделал. Теперь приходилось разгребать.
Жалоба из второго лота. В центральной части засуха, а маги на запросы отвечают отговорками. Это ж как их достало, что они до Верховного добрались?
– Рем!
– Да, сэр?
– Держи, – Сет протянул грустному помощнику бумагу. – Разобраться, послать необходимых специалистов. Записать в мой график посещение лота.
– Есть, сэр.
Рем исчез, и Сет вновь остался наедине с проблемами. Хотелось швырнуть опостылевший стол, погребая под ним настолько же доставшие бумаги. Часы – выведенные на весь экран телефона – на которые Сет с каждой прошедшей минутой смотрел все чаще и дольше, показывали пятнадцать минут седьмого. У дневных работников смена закончилась пятнадцать минут назад, у Рема в том числе. Вообще, если верить бумажке, подписанной Сетом при вступлении на должность, его рабочий день так же заканчивался в шесть. Он на секунду позволил себе помечтать о нормированном рабочем дне. Хохотнул, представив, что будет, если Верховный, послав всех страждущих, взмахнет рукой и отправится домой, и с выражением крайней брезгливости вернул взгляд документам.
Издевкой над его мыслями показалась в дверях довольная физиономия дневного помощника, немного задержавшегося из-за поручений.
– До завтра, сэр.
Сет кивнул, посверлив Рема завистливым взглядом. На месте исчезнувшей головы дневного помощника появилась довольная до неприличия голова ночного.
– Добрый вечер, сэр! – улыбаясь во все тридцать два, поздоровался Вольг. Мрачный взгляд начальства неожиданностью для него не стал. Вольг прекрасно помнил и про конец триместра, и про любовь к этому времени Верховного.
– Вольг, – задумчиво констатировал Сет, уставив в подчиненного пустой взгляд.
Рем, пусть довольно умный и шустрый, нагонял на мага тоску своим вечно поглощенным работой видом. Да и сам он Верховного побаивался, и оттого рядом с ним был дерганый и нервный. Вольг же полная его противоположность. Даже габаритами он больше походил на бойца охраны. Всегда улыбался и спокойно сносил крики начальства, умудряясь иногда под эти крики и сверкание взгляда делать самый виноватый вид и отхлебывать кофе из зажатой в руке чашки. Причем, как мог судить по запаху сам Сет, приготовлен тот был в его кофемашине.