Высматривать того самого бедолагу резко расхотелось. Марк ускорился, распихивая плечами особо несдвигаемых раззяв.
– Разойдись! – когда толпа стала совсем уж непроходимой, рявкнул он и едва сдержал ругательство.
На дороге, возле двух, будто слипшихся машин, ползал на коленях немолодой мужчина: рваная рубашка; грязные, словно облитые маслом, брюки липли к ногам; суетливые руки с переломанными пальцами перебирали воздух, словно пытаясь что-то поднять. Марк сглотнул, внезапно сообразив, что за масло было разлито по брюкам. В крови была и лысеющая голова и неузнаваемая маска вместо лица, и показавшийся черным асфальт.
– Что здесь происходит? – Марка трясло. Причем он сам уже не мог сказать от гнева или страха.
– Не лезь, коп, – вальяжно велел второй, застывший в центре людского моря человек.
Из-за обилия эмоций Марк лишь отметил его присутствие не присматриваясь. Сейчас пришлось перевести на него взгляд: молодой, лет двадцати на вид, высокомерный, как и любой из их братии, тонкие губы кривятся в покровительственной улыбке, а в глазах презрение. На глазах Марк и запнулся. В яркой зелени их переливались розовые искры, выдавая в человеке рожденного мага.
– Вызовите скорую! – едва совладав со страхом, велел Марк в пустоту.
– Не сметь! – холодно отрезал маг, но Марк слышал тонкое пиликанье: кто-то все же оказался достаточно храбрым, чтобы не послушать рожденного. – Коп, свали, по-хорошему! Или желаешь к нему присоединиться?
Отчего-то обращение коп придало Марку смелости. Он вдруг вспомнил о Верховном – не справился с засухой, так хоть здесь, может, пригодится – не станет же этот щенок ломать любимую игрушку Верховного.
– Прошу прощения, но я не могу. Я вынужден просить вас оставить человека в покое и сказать мне ваше имя, и…
– Чего? – парень округлил глаза в натуральном удивлении. – Коп, ты не понял, кто я?
– Я понял кто вы, поэтому прошу по-хорошему выполнить мои требования.
Внутри расползался холод. Казалось, сердце сейчас выдавит изнутри желудок, но отступать Марк не думал. Попытался принять более грозную позу, нахмурился и положил руку на пистолет, словно намекая, что не по-хорошему действительно возможно. Хотя какой вред могут нанести парализующие пули рожденному, представлял слабо.
– Как твое имя? – выделив второе слово, зло спросил маг.
– Сержант Марк Милс, к вашим услугам, – Марк едва удержал себя от шутливого поклона и с каким-то радостным ужасом подумал: «Совсем Сет мне мозг отбил, такие шутки с рожденными проворачивать».
– Милс? Любовник Верховного?
Рожденный резко сник, пусть и пытался не подавать виду. Скривил губы в презрительной усмешке. Глаза из-под нахмуренных бровей уже не блестели, искрили розовыми вспышками.
Марка от вопроса парализовала: такого определения он не ожидал. Только резко махнувший рукой рожденный заставил его промолчать.
– Ладно, коп, твоя взяла.
Мальчишка медленно развернулся, вразвалочку отошел от избитого человека и сел в машину, стоявшую первой. Толпа тут же разбежалась, не желая становиться на пути разозленного мага.
– Блин, – едва слышно простонал Марк, но тут же очухавшись, взревел, – медиков вызвали?
– Да, сэр, вызвали, – откуда-то из толпы прокричал женский голосок.
Марк сидел в машине, сжав руками руль. Улица давно опустела, разъехались машины, разошлись зеваки, и только он сидел и не мог ничего сделать. Скорую он дождался и отправил, порядок навел, в контору отчитался, а уехать не мог. После вынужденной суеты оцепенение вернулось, но не парализовало тело, а лишь заставило его обратиться дрожащим желе. Сердце гулко билось в сдавившие его ребра, зато голова работала за всех. Перебирала и произошедшее, и странную смелость, и интересный вывод мага, и вновь возвращалась к залитому кровью мужчине.
Немного прийти в себя Марк смог не меньше чем через час. К этому времени он не просто ненавидел магов, он готов был присоединиться к упоминаемым Сетом «Антимагам», лишь бы избавить себя и остальных от подобных зрелищ в будущем.
После звонка из «Бегемота» настроение, и так весь день пребывавшее в самом низу, испортилось окончательно. Нянчиться с паскудным магом не было никакого желания, получать синяки тоже. К тому же Марк словно винил в произошедшем сегодня Сета. Понимал, тот не мог приехать и убрать рожденного щенка. Не может Верховный пасти каждого мага, да и не станет. Но от этого его вина казалась еще больше, сильнее. Да еще и рабочее время подходило к концу, и смена закончится задолго до окончания конфликта. Марк сперва даже малодушно хотел сделать вид, что не слышит звонка, но быстро передумал: работа ему была нужна.