Однажды мне удалось коснуться ее груди через ткань тонкой футболки, скрывающейся под плотной толстовкой оверсайз. Она не носила лифчик. Этот факт обдал волной возбуждения мой пах. Оказалось, что ее грудь была больше, чем я себе это представлял — она удобно ложилась в мою ладонь и была упруго тяжелой. В тот момент она рвано втянула воздух, приоткрыв раскрасневшиеся от часовых поцелуев губы, положила свою маленькую ладонь на мою ширинку, и только этого хватило, чтобы я унизительно кончил в штаны. Так стыдно мне еще не было, и я позорно сбежал в ванну, чтобы смыть с себя свой жалкий и мелочный поступок сосунка. О взаимной ее разрядке не могло идти и речи, я боялся облажаться еще раз.
Мы были детьми, но это не мешало нам нежно любить друг друга. Банально — хулиган-двоечник и мамина дочка-отличница. Наши отношения были одним большим «клише» как в глупых подростковых «романах для девочек»Серия книг романов о любви для девочек издательства «Эксмо», о которых мне рассказывала Маша, но мне так было плевать, тогда я думал, что жил только для того, чтобы встречаться с ней.
Мы держали наши встречи в тайне. Девочка боялась, что ее мамаша, узнав об этом, запрет дома и больше никогда не отпустит гулять, так как не стоит заморачивать голову глупой детской любовью — «приоритете учеба». Я же скрывал только потому, что боялся, что у меня ее отберут, хотя хотелось кричать во весь голос о том, что она со мной и принадлежит только мне.
Я не думал о том, что это может когда-либо закончиться.
— Слышали, Калинина-то быстро повзрослела. Не успели выпуститься, а она уже вовсю с мужиками зажигает! — на галерке кто-то громко гоготал, а у меня внутри все похолодело. Я вслушивался в колкие высказывания, начиная прокручивать в своей голове самые страшные варианты того, о чем бы мог говорить этот придурок.
— Зацени сиськи! — одобряющее улюлюканье.
— Будь у меня такие сиськи, я, наверное, был бы Супермен!
— Скорее, Супервумен! — высказалась кто-то из девочек, и дикий хохот одноклассников взорвал вокруг меня пространство.
Я, не осознавая, что делаю, выхватил телефон у Самсонова и вгляделся в изображение в новеньком смартфоне, который передавался уже по второму кругу. На фото Маша топлес с закрытыми глазами, будто сладко спала, лежала в объятьях жирного мужика. Внутри все оборвалось, и я почувствовал, как меня начинает выворачивать в рвотном позыве.
Это какая-то ошибка: фотошоп, злая шутка, но точно не правда. Я не мог поверить своим глазам.
— Че, тоже захотел, Димон? И я бы с ней не прочь. Кто ж знал, что под балахонами она скрывала такие сиськи, — мой кулак машинально врезался в морду слабого на язык Самсонова, и он повалился на пол. Его физиономия отражала смесь непонимания и какой-то обиды. Мы с ним не были друзьями, но и врагами не были. Мы относились друг к другу ровно, если в данном случае это можно было так назвать. Поэтому его реакцию вполне можно было понять.
— Димон, ты че? — вокруг одноклассника начал собираться народ.
Даже Варда, мой лучший друг, смотрел с недоумением, но в его взгляде также четко читался интерес. Я ему ничего о ней не рассказывал, и порой меня одолевал стыд за то, что я не посвящал его в свои личные переживания. Я думал, что таким образом смогу уберечь отношения с Машей. Девчонки в классе часто говорили, что если мужчина действительно любит, то он не будет трепаться, вот это и засело у меня в голове. Мне часто приходилось подслушивать разговоры одноклассниц, чтобы понять, что девушкам нужно да как они устроены.
Я находился в прострации. В ушах громкими ударами долбило сердце. Сучка клялась мне в любви и говорила, что не готова, и я готов был ждать, а пока я ждал, она кувыркалась со старыми извращенцами. В голове мелькали картинки наших прогулок и совместных походов в кино — она всегда на людях держала меня за руку, никого не смущаясь. Еще один рвотный позыв узлом скрутился в районе солнечного сплетения. Я схватил рюкзак и вышел из класса.
Пока направлялся к выходу —доставал из карманов протертых джинс пачку «Мальборо». Мне необходимо было закурить — успокоить верно поехавшую крышу.
— Могилевский, курить только за территорией школы! — крикнул охранник из-за спины.
— Договор, дядь Вань.
Наверное, стоило поговорить с ней — дать объясниться, но мне не хотелось ни в чем разбираться, и я не собирался. Все и так было понятно — ничего нового я бы не услышал и не увидел, впрочем, на этот счет я сильно ошибался.