Он посмотрел на девушку, та ещё не пришла в себя. Мужчина закинул ноги на панель управления автомобилем.
— Почему с моими свадьбами и путешествиями одни проблемы? — Маркус задумчиво почесал жёсткую щетину на щеке, — Может я что-то не так делаю?
... Первая невеста Маркуса была шатенка Элизабет, всё было идеально, но переехав на пару дней до свадьбы хакер попался на глаза её младшей сестре Шэрон. Маркус оказался очень даже в её вкусе. Шэрон мялась, пряталась, от жениха сестры, но на свадьбе Маркус, нечаянно разжёг огонек страсти. Они танцевали на балконе и Шэрон поцеловала его, невеста увидела, был скандал. Оказалось, что сёстры постоянно отбивали друг у дружки парней, а Маркус оказался разменной монетой в этом противостоянии. Вторая невеста Маркуса была блондинка Ева, которая сбежала сразу, после того как мужчина поклялся за неё перед ликом Великого Маниту...
Маркус обернулся и посмотрел на девушку. Сестёр у нее не было и перед Великим Маниту она не спасовала. Он улыбнулся. “Боже, Маркус, до чего же ты хорошо умеешь доставлять людям беспокойство, — подумал он. — Свои безумные идеи нужно держать при себе, а не втягивать в них нечаянно попавшегося в твоё поле зрение человека. Ведь ты, Маркус Стоун, никому нахрен не нужен, родители тебя продали Триаде, корпорации от тебя нужны были знания и умения, приятелям нужен был твой острый язык и чувство юмора, женщинам было нужно тело. А кому был нужен сам Маркус с его причудами, закидонами, страхами, проблемами, болью. Всем хочется вкусного Маркуса, но никто не хочет брать кислого и горького. Так что, старик, держись в рамках целевого использования себя людьми, давай им, что они хотят от тебя, тогда, может быть, не будешь таким одиноким чудиком...”
Николь зашевелилась, Маркус хромая перебрался к девушке. Её тело тряслось ноги и руки разъезжались. Она была горячей, но при этому очень бледной. Такая маленькая, хрупкая, но такая сильна, взломавшая Триаду даже без Акваланга. Такой силы мозга Маркус ещё не видел. Такого стремления он давно не чувствовал. Николь была особенной. Особенной для Сети, Триады. Но более особенной для него. Он бы хотел встретиться с ней при других обстоятельствах. Он бы хотел прожить с ней неловкие первые слова, милые первые свидания, смущающие первые голые прикосновения. Он бы хотел украсть, как самый настоящий воришка, её сердце и держать его при себе. Чтобы больше никто не смел ей навредить. Чтобы она была самая счастливая. Чтобы она чувствовала его любовь, защиту и заботу. Как бы он хотел, чтобы всё было иначе. Но уже поздно. Они оба едут в «Носороге», он неприятно ранен и настраивает «овец», а она сотрясается на полу от боли Погружения.
— Ну, Ники, все хорошо, отдохни, — он шептал слова поддержи, — Ты справилась, ты молодец, — он плюхнулся рядом с ней на пол, кое-как переложил ее голову себе на колени. — Отдыхай, Ники, отдыхай, девочка, дыши и отдыхай.
Он улыбался, но по его щекам почему-то текли слезы...
Дрожь Николь продолжалась, руки совсем не слушались, в голове всё шумело, а мир вокруг превратился в весёлую, яркую карусель. В ушах продолжал радоваться звук выстрела пистолета, вперемешку со словом «Жалкая».
Вдруг Николь почувствовала, как её голову заботливо уложили на колени. Она посмотрела вверх, пытаясь сообразить, что же происходит. Всё было расплывчатым, кроме лица Маркуса. Казалось, мозг девушки отказывался воспринимать весь мир и хотел видеть перед собой лишь этот тёплый и приятный взгляд, который приносит столько радости такой несчастной Блэк.
В глазах мужчины было столько заботой, но при этом некой грусти, что сердце девушки заболело от отчаяния. Блэк не заметила слёз мужчины. Она смотрела на него, как смотрит утопающий на спасательный круг.
— Маркус, я… — Николь уже хотела что-то сказать, но неожиданно она вновь вырубилась, но уже точно находясь в своём сознании. Это погружение в Сеть было очень сложным, оно отняло все силы, и поэтому Николь упала прямо в руки манящего мира забвения, отдаваясь ему полностью...