14 часть
Девушка проснулась, всё ещё чувствуя, что она лежит на мягких коленях Маркуса. Вспомнив всё, Блэк радостно открыла глаза и увидела дремавшего мужчину. Машина уже остановилась, а Николь даже не представляла, куда вновь её привёз этот любитель розыгрышей. И сейчас её это не волновало. Она смотрела на Маркуса, а её голова вновь заполнилась мыслями о мужчине. «Жалкая» пронеслось у неё в голове, напоминая о последнем страхе. “Да, я жалкая, — призналась сама себе Блэк.”
В глазах её появились солёные слёзы, она отчаянно пыталась их сдержать, ведь своей истерикой она могла разбудить измученного мужчину.
“Я и вправду жалкая. Я пообещала себе, что просто закончу это дело и уйду. Но сейчас я смотрю на него и мне хочется плакать от безысходности. Мне нравится Маркус. Очень сильно. Этот мужчина завладел моим сердцем всего за несколько дней. Такое не удавалось ещё никому. Он каким-то образом заглушает во мне всю боль, оберегает меня, укрывая тёплым пледом из своей заботы. Но я… Я не могу снова ошибиться. Я такая жалкая…”
Тихие ручейки слёз покатились из глаз девушки, украшая её щёки новыми красными дорожками. Блэк прикусила губу, чтобы унять себя и рвущийся из груди дикий плач. Она старалась дышать спокойно, чтобы не разбудить Маркуса, ведь ей не хотелось показывать ему свои слёзы.
— Маркус, я… — тихо шепнула Николь, вспоминая, что не успела сообщить что-то мужчине перед тем, как заснуть. Но что она должна была сказать? «Маркус, я жалкая» или «Маркус, я не хочу продолжать всё это», а может было «Маркус, я люблю тебя»? Девушка и сама не знала ответа на этот вопрос. Тогда всё произошло слишком быстро, а Блэк совсем не отвечала за себя и свои действия, тем более уж за какие-то слова.
— Маркус, я… — вновь начала Николь и запнулась, пытаясь понять, что ей самой сейчас надо. — Маркус, я не знаю, что со мной происходит… Но ты мне нравишься. Очень сильно. Только я опять боюсь оступиться. Потому что я жалкая, Маркус, — наконец-то выдавила из себя эти слова Блэк, говоря очень тихо, при этом смотря на мужчину. Тот мирно спал, а его грудь медленно и равномерно то поднималась, то отпускалась.
Девушка закрыла глаза. Она вдруг почувствовала, что находятся дома. Приятное чувство заполнило её всю, снимая боль с души и тела. На лице появилась странная улыбка, а слёзы быстро прекратили течь из её глаз. Стало легко, теперь она смогла вздохнуть полной грудью. Да, всё так неожиданно, всё так странно. Но Николь не хотела иначе. Она не жалела ни об одной минуте с мужчиной. Кто-то ей однажды сказал, что трудности сближают. Теперь можно говорить, что Триада сближает ещё лучше. Николь тихо рассмеялась от такой мысли.
Николь сама не заметила, как вновь заснула на коленях Маркуса, аккуратно взяв того за металлическую руку.
***
Маркус очнулся от того, что он не чувствовал ног. Конечности затекли, все тело болело, как будто его лупили битами несколько часов подряд. В горячке погони и в стычке с бойцами Триады адреналин в его крови зашкаливал и тело не чувствовало боли. После сна, когда мышцы остыли, а кровь успокоилась, тело дало о себе знать. Он вывел настройки своих «овец» и запустил их работу. Стало ощутимо легче. Да и руки наконец-то начали слушаться. Николь всё ещё мирно спала на его коленях, её рука сжимала его поврежденный механический протез. Маркус не хотел тревожить девушку, но нужно было вставать.
Он пошевелился и скривился от боли, дышать было трудно, сломанные ребра мешали нормальной работе грудной клетки, вывихнутое бедро он вправил, но оно опухло. «Овцы» начали свою работу, но им нужно время, чтобы освоится в организме. Девушка вяло поднялась, освобождая ноги хакера.
Она проснулась, почувствовав шевеление Маркуса. Спина болела от не очень удобной позы, а рука, которой она сжимала протез мужчины, затекла, даря новую порцию боли, только что очнувшейся Николь. Блэк встала и выгнула спину назад. Послышался хруст позвонков, которые вставали на место. Она покрутила шеей, подняла руки над головой, разминая затёкшие мышцы, возобновляя нормальное кровотечение. Сейчас мысли девушки были пусты, как и её желудок, который жалобно «стонал», напоминая своей хозяйке, что она очень голодная.
— Чёрт, — выругалась девушка и увидела бутылку воды, которая сейчас была её спасением. Неприятная сухость со странным привкусом во рту, сразу же пропала, когда девушка залпом выпила чуть ли не всю бутылку. Николь довольно улыбнулась и спокойно выдохнула. Маркус тем временем поднялся, цепляясь рабочим протезом за ручки и опираясь на сломанный как на палку.