— Мы не можем просто оставить её там, — твердо сказала Николь, вытирая щеки. — Она страдает. Я это чувствую. Каждую ночь. Мне больно. Мне так больно.
— Детка, то, что ты предлагаешь... это не просто извлечение данных. Это попытка вытащить призрака, пустоту из ничего, — голос Кота стал резким. — Мы можем навредить тебе. Может не получиться. А может стать ещё хуже, и ты просто застрянешь в мире между реальностью и Сетью. А если и получится, кто знает, что мы выпустим на волю? Вдруг, это совсем не Алиса.
— Но мы можем попробовать? — Николь посмотрела прямо в камеру, и в её взгляде загорелась та самая решимость, что взламывала сервера Триады. — Мы не будем её выпускать. Мы... создадим для неё клетку. Красивую. Сделаем её не стражем, а помощником. Проводником в Сети. Пускай она использует свои силы и знания. Сделаем из неё нейросеть. Точнее из остатков её силы. Она будет быстрообучаемой, со своим характером и харизмой. И если это действительно Алиса, то будет работать на благо всем.
Маркус тяжело вздохнул. Он видел в её глазах не только сострадание, но и отголоски её собственного чувства вины. Искупление. Ему тоже хотелось искупить свою вину. Вину в том, что он тогда не поддержал Алису, не помог ей, когда бедная девушка так нуждалась. Её хлопок двери, когда она ушла и больше не вернулась, запечатался в мозгу Маркуса навсегда.
— Кот, — сказал он, — у нас есть старый интерфейс Триады. И у нас есть она, — он кивнул на Николь. — Самый сильный Ныряльщик, которого я когда-либо видел. Если кто и может это сделать, то только мы.
Из динамика донеслось долгое, механическое шипение — цифровой вздох.
— Ладно, — сдался Кот. — Но делаем по-моему. Я пришлю вам координаты. Есть одно место... тихое. Где Сеть тонка, как паутина. И привезите цветы.
— Цветы? — не понял Маркус.
— Лаванду, если найдете. Или полевые ромашки. Ей... эху... нравились простые вещи. Ну, ты помнишь, Маркус…
***
Местом оказалась заброшенная обсерватория Триады на краю каньона. Высокий купол был снесен давным-давно, и теперь над гигантским, проржавевшим телескопом простиралось только бескрайнее небо, усыпанное звездами. Воздух был кристально чистым, а электромагнитный шум цивилизации сюда почти не долетал. Это место было неким раем для всех троих.
До этого у них были долгие переговоры с правительством. Они получали разрешение на очередное вмешательство в Сеть. Все втроём доказывали, что Алиса будет полезна для контроля и порядка в шумной и бесконечной Сети. Она станет отличным инструментом для контроля бесконтрольных запусков и созданий объектов внутри Сети. Станет фильтром, цензором и помощником в поиске информации. Были долгие переговоры и предоставления разных концепций. Проект до последнего не хотели подтверждать. Но лишь когда Николь демонстративно погрузилась в Сеть, когда Кот подключил её к экранам для трансляции погружения, правительство сдалось и дало зелёный свет. Вертолёты исчезали за горизонтом, оставляя безумных авантюристов на два дня в этом забытом месте.
Кот встретил пару у входа. Его металлический торс казался ещё массивнее в лунном свете. Николь помнила рассказ Маркуса, что случилось с его давним другом. Чантеюкан ещё будучи подростком имел гибкий склад ума и небывалую хитрость. Он ловко подворовывал технологии и сливал их на чёрный рынок, не оставляя никаких подозрений. Да и Триада особо не замечала, как у неё из-под носа уводят собственность. Потом, когда убили Алису, с которой он был очень близок, как родной брат, Кот уже хотел было тоже уйти. Но решил поступить хитрее, более изощрённо. Он стал наглее и активнее воровать технологии, так же их усовершенствовал, чтобы давать конкурентам Триады что-то даже получше, чем есть у корпорации. Триаде это дико не нравилось, но никто не мог выйти на след воришки. Лишь когда Маркуса выгнали с позором из Триады, Чантеюкан сам ушёл оттуда. Не без боя, конечно. Его знатно покромсали, он еле-еле выжил, лишь его старый народ индейцев, через которых он и торговал, смог вытащить его с того света, заменив большую часть искромсанного тела на живой механизм. Было больно и тяжело привыкать к новому телу. Зато Кот выжил и стал уже более открыто заниматься контрабандой. Триада знала об этом, но лезть в логово такого сильного противника стоило дорого. Да и Чантеюкан не вредил Триаде напрямую, поэтому ему решили простить продажу технологий.
— Я подготовил изолированную среду, — без предисловий начал он, ведя их внутрь. — Чистый носитель, отсеченный от глобальной Сети. Если всё получится, эхо Алисы будет существовать только в нём. — Он показал на небольшой цилиндрический блок, испещренный светодиодами. — Но, чтобы перенести его, тебе, девочка, придется снова нырнуть. И найти её в лабиринте её же памяти. Так же ты погрузишься в неё, то есть будешь видеть то, как видела она. Алиса говорила, что гуляла по бесконечным лабиринтам, вовремя своих погружений.