Я говорю сама с собой! Почти стихами. Помилуй, боже, и прости меня! Поверь мне, это будет человечно. Уж если ты захочешь наказать, то разума лишаешь постепенно. Сейчас бы только закурить, и все пройдет.
Тетка глубоко затянулась и тут же почувствовала, что ей не хватает воздуха. Легкие под завязку были наполнены густым белым дымом, который себя там прекрасно чувствовал и не торопился выбираться наружу. Она стояла с открытым ртом, и вместо выдохов, опять делала лишние ненужные вдохи. Дым смешался с воздухом, стал легче, проворнее, по каким-то потайным путям проник в теткину голову и сразу навел там порядок.
Тетка сильно закашлялась, на ее глазах выступили слезы.
Надо вернуться к Марату и рассказать ему всю правду. Больше так продолжаться не может. А еще мне нужна помощь специалиста. Одна я уже не справляюсь. Если я сойду с ума, с кем останется Оленька?
Тетка сделала еще пару затяжек. Потом — пару глотков остывшего чая. Два раза куснула бутерброд с колбасой, и с трудом проглотив жирный гастрономический ком, вернулась к компьютеру.
Марат — Джоанне. 23 часа 11 минут.
— Ну не томи меня, а то я застрелюсь!
Тетка села за клавиатуру с твердым намереньем подвести черту.
Черта пролегла ровно по средней буквенной строке: ФЫВАПРОЛДЖЭ!
Марат — Джоанне. 23 часа 17 минут.
— Ты тоже! Тоже! Тоже! Я знал, что ты меня поймешь!
Ольга
Из-под двери маминой комнаты выбивалась узкая полоска света. Я решила зайти на минутку, пожелать спокойной ночи. А там картина Репина «Все те же». На том же месте. В тот же поздний час.
Я вошла, она даже не шелохнулась. Тяжелые последствия глубокого интернетного проникновения были явно на лицо.
— Мама! — заорала я, — сколько уже можно?
Она вздрогнула и обернулась. Даже через очки было видно, какие у нее глупые и счастливые глаза:
— Оленька! Ты уже пришла?
— Мама! — снова заорала я, — я пришла два часа тому назад!
Она отвернулась от меня и уставилась в монитор. По экрану лениво слонялись бестолковые бежевые рыбки.
— Что ты на меня орешь? — тихо спросила мама.
— А что мне прикажешь с тобой делать? — разозлилась я, — раз ты сама не понимаешь, что у тебя проблемы!
— У меня проблемы? — удивилась она, продолжая наблюдать за своими подводными подопечными.
— Да еще какие!
— Какие? — спросила мама.
— Тебе рассказать или ты сама догадаешься?
Наконец она оторвалась от компьютера и соизволила обратить на меня внимание:
— Ты намекаешь, что у меня интернетная зависимость?
— Заметь! Не я это первая сказала!
Она покончила со своими рыбками и повернулась ко мне всем корпусом:
— Ну и что? Я знаю.
— Ну, так надо же с этим что-то делать!
— А зачем? — пожала плечами мама, — мне и так хорошо.
— Ну, это же нечестно! — вырвалось у меня.
— Не поняла? — мама подняла на лоб очки и внимательно на меня посмотрела: — Что здесь нечестного?
— Ты же — паразитка! Ты же ко мне присосалась и пользуешься!
— Каким образом я тобой пользуюсь, дорогая?
Ее ласково зазвеневший голос предупреждал меня о начале большого скандала. Ну и пусть, подумала я. Не мешало бы и нам выяснить, наконец, отношения.
— Конечно, я тебе очень благодарна за то, что ты для меня делаешь, — осторожно начала я, — но в будущем я бы хотела, чтоб ты больше не влезала в мою переписку.
— В твою переписку? — округлила глаза мать, — в какую еще такую твою переписку?
— Ну ладно! Хватит девочку из себя корчить! Причем, не только в переносном, но и в прямом смысле!
— Как тебе не стыдно! — повысила голос она. — Я же для тебя стараюсь!
— Для меня она старается! — расхохоталась я, — тоже мне мать Тереза! Обойдусь, как-нибудь, без вашей помощи!
— Ты? Без меня? — зловеще усмехнулась мать, — да ты же двух слов связать не сможешь! Читала я твои потуги! «ОК», «Вау», «Зашибись»! Разговаривать сначала научись, а потом суйся!
— Да ты! Да ты! Да ты.., — как будто ей в угоду я не находила слов.
Мать, напротив, только воодушевилась:
— Ты же понятия не имеешь, что такое искусство беседы! Ты думаешь, он тебя спросил — ты ему ответила и все? Поговорили?
— Да хоть бы так! Твое какое дело!
— Да я же помочь тебе хочу! У меня же опыт! Фишки свои есть, манки, завлекалочки! Я же любого на одну ладонь положу, другой прихлопну и все! Делай с ним, что хочешь!