Самым страшным оказалось сделать первый шаг за порог. Казалось, что первый же, встретившийся нам прохожий, тут же почует что-то неладное, сосредоточит свое внимание, разрушив тем самым действие моего колдовства, и все закончиться слишком быстро, не успев даже толком начаться. Выбравшись на мощеную мостовую, поздно просыпающегося Игрового квартала, я не могла отделаться от ощущения, что каждый попадающийся мне на пути человек, сверлит меня своим взглядом, и наверняка уже начинает что-то подозревать.
Параноидально оглядываясь по сторонам, и постоянно проверяя своего невольного спутника, я чувствовала себя как на иголках, и когда из-за угла, прямиком нам на встречу, показался патруль городской стражи, я чуть было не поддалась паническому испугу, и не бросилась от них проч. Не в силах отделаться от мысли, что приближаясь, они наверняка разыскивают именно меня, я с огромным трудом смогла сохранить хладнокровие, и невозмутимо прошествовав мимо, вздохнула с таким несказанным облегчением, будто бы с моих плеч свалился не камень, ни гора, или целый горный хребет, а вся безграничная Сеть созвездий, со всеми окружающими ее загадочными туманностями.
Запоздало поняв, что нашивка одной из самых известных в городе банд отводит от меченного все любопытствующие взгляды куда лучше моего волшебства, а всем снующим мимо прохожим, нет ровным счетом никакого дела до всех остальных, и их внимание привлекает лишь мой растрепанный вид, я сумела прийти в себя, и успокоилась, лишь когда мы прошествовали самыми безлюдными, окольными путями и переулками к окраинам Нижнего города, где встретить настоящего стражника, было так же невероятно сложно, как случайно наткнуться на живого дракона, посреди нашего города, или обнаружить у себя под крыльцом залежи золота.
И так уже потеряв слишком много времени попусту, я больше не могла терять ни минуты, и дальше неслась вперед не разбирая дороги, совершенно не задумываясь о привлечении лишнего внимания, и об усталости, перетаскивающего не самую легкую ношу головореза. Обливаясь потом, он давно уже успел выдохнуться, заметно хрипел от натуги, и едва успевал за мной следом, но из страха, ни на миг, не позволял себе сбавить заданный мною темп, или остановиться, чтобы перевести дух, и выровнять напрочь сбившееся дыхание.
Выбравшись к самой границе Среднего города и трущоб Нижнего, в Скорнячий квартал, я тут же почувствовала такой знакомый запах свежевудубленной кожи, пахучий травяной аромат отвара, в котором вываривались толстые шкуры некоторых зверей, и впервые ощутив всю эту вонь за долгие годы, неожиданно не испытала к ней привычного отвращения.
Не смотря на всю свою грязь, ветхие покосившиеся лачуги, грязных, оборванных и неприветливых жителей, вонь из сточных канав, и наглых серых крыс, копошившихся в кучах мусора, это место, даже после сверкающей чистоты Верхнего города, не показалось мне таким уж убогим и мерзким, каким я помнила его с детства. Все здесь навевало лишь воспоминания о давно минувшем прошлом, и казалось до боли родным и знакомым, вызывая в душе самые теплые и ностальгические чувства.
С трудом отыскав в переплетении местных узких проулков нужный мне дом, я замерла на самой границе ограды, и долгое время просто смотрела на это полуразвалившееся строение, предаваясь нахлынувшим воспоминаниям. Запомнив его совсем другим, я с грустью осматривала выбитые проемы окон, опустевший дверной проем, и полную свалку устроенную внутри местными нищими, превратившими это место в ночлежку. Внутри не осталось ни единой целой вещицы, из тех что заполняли его прежде. Кто-то даже мебель пустил на растопку, и судя по почерневшему и обуглившемуся правому крылу, устроил здесь настоящий пожар.
Войдя внутрь, аккуратно пройдясь по скрипучим половицам, и распугав всех снующих внутри дома крыс, я осмотрела царившее внутри запустение, и вновь ощутив лишь щемящую тоску невосполнимой потери, мгновенно пожалела о собственном решении, никогда больше не возвращаться под крышу этого дома. После нашего с сестрой переезда в один из лучших особняков Золотого города, мне хотелось навсегда забыть это место. Оно казалось мрачным монументом, напоминающем мне о собственном, не самом радужном прошлом, и стараясь позабыть об этом позорном пережитке истории, я даже не представляла себе, как много может значить для меня, эта полная ностальгических воспоминаний развалина.