- Это оказалось, даже проще, чем мы рассчитывали, - раздался из полумрака чей-то довольный голос, - спеленали словно беспомощного младенца! И это наследник крови?! Ха! Да Энни была права, когда говорила Фа'Аху, что этот мальчишка яйца выеденного стоит!
- Хватит, Эльдрик, прояви уважение, это тебе не какой-то там смертный. Любого, даже тебя, можно застать врасплох, если правильно все спланировать, - перебил его новый, женский голос, но никого из говоривших прямо над самым моим ухом, я по-прежнему увидеть не мог. - Какого беса?! Что происходит? - с трудом смог прохрипеть я.
- О! Смотрите, да он даже не понял, во что вляпался! - Продолжил насмехаться первый, в котором, по имени, я уже опознал грубоватого варвара, лорда Крахта.
- Пентаграмма для него невидима, Эльдрик, - а этот спокойный голос без сомнения принадлежал рассудительному темному эльфу - лорду Гильверину, и он быстро прояснил для меня ситуацию.
Прямо подо мной, наверняка спрятанная при помощи сложной, хитроумной иллюзии, красовалась настоящая пентаграмма. Одна из тех, что использовали для вызова потусторонних сущностей, или демонов.
Эта применяемая во всех, без исключения, магических учениях, традициях или школах, классическая, незаменимая вещь, вопреки всеобщему, распространенному заблуждению, применялась вовсе не для того, чтобы призвать нечто из одного мира в другой, она служила не для того что бы распечатать врата, или открыть переход, и была предназначена только лишь для того, что бы суметь удержать, сломать волю и полностью подчинить, вызванное тобою создание. Классические пентаграммы удерживали заключенных в них созданий, словно тюремные камеры, с замурованными дверями и окнами. Они давили на волю заключенного в них существа, помогая магу его подчинить, и не позволяли злобным и опасным тварям сразу же разорвать посмевшего нарушить их покой чародея.
Имея магический дар, должные умения и сноровку, можно было легко разрушить эти оковы изнутри без особых усилий. Рассчитанные на могущественных, но далеко не самых умных, и образованных в магии грубых демонов, они разрывались направленным усилием напитанной магией воли, словно бумага, нужно было лишь найти всегда имевшееся в любой магической конструкции уязвимое место и напарить в него весь поток своей силы, перебороть напор ослабленного ритуалом призыва мага, но оставшись без дара, я даже спичку поджечь взглядом не мог, и был надежно пойман в эти тиски, словно кролик, угодивший в медвежий капкан. - Может вы все же соизволите показаться мне на глаза, и объясните что все это значит?! - С трудом поднялся я на колени.
- Все очень просто, парень, - первой из полутьмы, словно из двери, вышла злорадно скалящаяся девочка лет пятнадцати, - Твоя песенка спета. Мы пришли, что бы отвести загулявшегося мальчишку домой.
Когда показались и остальные члены совета, и я не увидел среди них лорда Сина, единственного, кто мог обуздать обезумивших кровососов и держал их в узде, сердце у меня в груди, замерло от волнений и страха.
- Мне нужен глава совета! По праву крови, я требую немедленно...
- Ты не в том положении что бы требовать, - продолжала скалиться на меня клыками внешне юная, но до ужаса древняя Альеэрин ир'А"Энних - но я обещаю тебе, что скоро тебе выпадет шанс пообщаться с ним на том свете. - Открыто злорадствовала она. - Пообещай передать ему пламенный привет от его старой подруги Энни.
- Зачем же мне напрягаться, А"Энних? Ты, очень скоро, и сама с легкостью справишься с этой задачей, - мой смех стал для них полной неожиданностью.
Члены совета, совершенно не понимая причин моей внезапной искренней радости и веселья, смотрели на меня с полными удивленного недоумения, расширившимися глазами, и наверняка решили, что в бегах я успел окончательно спятить. Они, лишенные моего чутья на всех представителей Нижнего мира, совершенно не чувствовали приближения демонов, и лишь когда снизу до нас долетел злобный рык ворвавшихся в башню ищеек, поняли, что обрадовались слишком рано.