Невысокий и неприметный, он кутался от ночной прохлады в полы потертого временем черного дорожного плаща, с запыленным и грязным подбоем, прятал лицо под низко натянутым на глаза капюшоном, и двигался вперед мягкой и бесшумной, тихой кошачьей походкой. Прямо с порога, даже не оглядевшись по сторонам, словно был здесь уже далеко не в первые, и прекрасно знал куда ему следует направляться, незнакомец тихо проскользнул через весь зал, миновав всех снующих туда-сюда меж столов служанок, и застыл у барной стойки, прямо напротив меня.
- Дронг Мрак, я полагаю? - Без приветствий и предисловий начал он, и с подозрением осмотрев его с ног до головы, я убедился, что вижу этого типа перед собою впервые. В первый миг, я даже засомневался, стоит ли говорить ему правду? Кто знает зачем этому таинственному гостю понадобился глодар, известный за свою вечно хмурую физиономию, отрешенность и нелюдимость, как Мрак? Врагов, в отличии от друзей, у меня всегда было предостаточно, и ожидать от незнакомца воодушевляющих и радостных известий, по типу нежданно свалившегося на меня сказочного состояния, доставшегося в наследство, от внезапно почившего где-то состоятельного дядюшки, не приходилось. Скорее всего ожидавшие меня новости были куда более темными и неприятными, они вряд ли пришлись бы мне по душе, но природное любопытство, заевшая меня скука, и смелость, от влитого внутрь эля, все же смогли победить все сомнения. Что бы меня не ожидало, оно вряд ли могло сделать мои хмурые будни еще хуже, а от того таиться и скрывать свою личность было совершенно бессмысленно.
- Чего надо? - Не слишком вежливо начал я, все еще не настроенный на разговоры, и одарил незнакомца грозным, оценивающим и тяжелым взглядом, из-под сурово сведенных к переносицы черных бровей.
- Так значит я все таки не ошибся, - аккуратно, неторопливо и плавно опустился он на соседний от меня табурет, и разместился прямиком между мною и дремавшим за стойкой седоволосым подростком, который по-прежнему лежал лицом в низ, и тихонько сопел.
- Чего изволите? - Тут же возник за стойкой одноглазый трактирщик, не позволив моему гостю продолжить. Он, так же как и я, придирчиво осмотрел незнакомца с ног до головы, и подозрительно сощурил свой единственный глаз глядя на его надвинутый на лицо капюшон.
- Вы подаете подогретое вино с пряностями? - Тут же поразил нас обоих своими нестандартными вкусами незнакомец.
- Нет, вино есть, но обычное, без пряностей, прямо из погреба, оно довольно прохладное. - Если кто-то из новых гостей не нравился Риду с первого взгляда, и тот не желал видеть его в своем заведении, старый глодар никогда не приказывал своим широкоплечим вышибалам сразу же выставить его вон, но обслуживали этого гостя так, что тот никогда даже и не подумал бы возвращаться в столь гадкое место.
- Сгодиться, - кивнул ему капюшон, - принесите лучшее что у вас есть. - Спровадил он престарелого контрабандиста, и тут же продолжил наш разговор, так и не потрудившись представиться.
- У меня есть к вам предложение, господин Дронг, - стянул незнакомец тонкие кожаные перчатки и небрежно бросил их рядом, на стойку.
- Чего бы вы от меня не хотели почтенный, - последнее слово я выделил особенно, стараясь сделать его смысл, как можно более противоположным, и тем самым заставить незваного гостя отвязаться от меня поскорее, - вам приодеться найти для этого кого-то другого.
- Очень жаль. - Не слишком то и опечалил его мой быстрый и резкий отказ. - Мой господин желал бы иметь дело именно с вами, но перед тем, как проститься, позвольте мне отнять у вас еще пару минут, и не скромно поинтересоваться о нынешних расценках на услуги глодаров.
Неужели передо мной сидел очередной посредник? Признаться я всегда недолюбливал этих скользких типов. Не делая почти ничего, они бесстыдно драли с нас непомерный процент за свои, по сути совершенно бесполезные и вовсе не обязательные услуги, без их участия не заключался ни один договор, и все глодарские заказы проходили исключительно через их жадные, загребущие руки.
Контрабандисты, конечно могли бы работать с клиентами сами, выходить на этих людей на прямую. Это было не так уж и сложно, но от того, что везде, за пределами Междумирного острова, наш товар всегда был вне закона. Его продажа распространение, и даже покупка, могли легко привести не только за решетку, но даже сразу на плаху, прямиком в руки к гостеприимному палачу, принимающему у себя всех без разбора, наши работодатели предпочитали не рисковать, и всегда оставаясь в тени, действовали исключительно чужими руками, через третьих, если не пятых подставных лиц. Только так они могли обезопасить себя от разоблачения, в случае если невезучего контрабандиста все же схватят, и не имея привычки лезть в чужие дела, и не задавая лишних вопросов, я давно уже привык работать только с их поверенными, и никогда, ничего не знал о своих собственных и многочисленных клиентах.