- Клянусь небесами, ты мне за это ответишь! Ты умрешь проклятый глодар! - Пообещал он, и тут же ринулся в бой, кидаясь вперед словно бешеный пес, сорвавшийся со своей привязи. Совершенно не заботясь о собственной защите, и словно не замечая верного залога победы сияющего у меня прямо в руках, он необдуманно кидался вперед с диким криком, и при желании я несколько раз мог отправить его в след за братом, но от чего-то совершенно не желал этого делать, и глядя в его переполненные болью глаза, даже сочувствовал этому парню, испытывая острое чувство вины, и отступал все дальше к концу переулка.
Защищаясь и укорачиваясь, я надеялся, что все еще может закончиться без нового кровопролития, но ошибся, и как только мой меч медленно перестал испускать убийственное сияние, разрядившись уже окончательно, и превратившись в обычную железяку, он вновь остервенело кинулся на меня, выкрикивая непрерывные оскорбления, и зажав меня к самой стенке, не оставил ни какого иного выбора, кроме как перейти к стремительной ответной атаке. Отведя его оружие в сторону, я без труда смог выбить его у него из рук, и уже занес руку над головой, для ответа, намериваясь обезвредить соперника ударом тяжелого эфеса по голове, но не успел.
Кривоносый тип, о котором в горячке схватки, я совсем уже успел позабыть, неожиданно вынырнул из за угла, где подло прятался все это время, бросив своего верного друга мне на расправу, и так удачно уловив нужный момент, и крайне успешно попав в тонкое сочленения моей глодарской брони, он всадил фут холодной, ледяной стали мне в бок.
Это произошло столь резко и неожиданно, что в первый миг я даже не понял, что же случилось. Почувствовал лишь толчок, мотнувший меня в сторону от удара, и врезавшись плечом в твердую стену, с трудом смог не выронить меч, и устоять на ногах. Боль пришла лишь мгновением позже, вместе с ужасающим осознанием от вида своей собственной крови стекающей по доспехам, и все же выпустив оружие из мгновенно ослабевших и ставших словно ватными рук, я рухнул на оба колена с ужасом взирая на открытую кровавую рану.
- Хватит, Лэнс! Успокойся! - Пытался оттащить своего дружка в сторону от меня кривоносый.
- Он убил Льена! Убил! Выпусти меня! Я должен его прикончить!
- Нет! Скоро здесь будет целая толпа стражи, нам пора убираться отсюда! Немедленно!
- Я сказал отпусти!
- Не брыкайся! Проклятие! Говорил же я вам, болванам, что не стоит связываться с глодарами! Говорил! - Продолжали припираться они удаляясь все дальше. - Сказано же вам было, что нужно было лишь припугнуть! Припугнуть, но не трогать! Второй контрабандист не велел пускать ему кровь! Что тут сложного?! Какого беса вы оба полезли на него с оружием на перевес?! - Звучал уже тихий голос из самого дальнего конца переулка, и уже давно перестав его слушать, я почти не разбирал больше слов, и сидя на холодных камнях мостовой, заворожено смотрел на собственную алую кровь, словно видел перед собой самое невероятное из всех неописуемо захватывающих зрелищ на свете, и не в силах отвести глаза в сторону, мирно улыбался от злорадного ликования, что теперь мой заказчик и его треклятый посредник останутся с носом. Эта мысль согревала меня перед смертью от утренней прохлады сезона желтых туманов, и помогла провалиться в черный провал вечности почти что счастливым.
Вырджуст, демон седьмого круга.
Пределом мечтаний любого из демонов Преисподней было достижение высших кругов силы. Добравшись до вожделенной седьмой из ступеней, оставив где-то далеко позади всех своих сородичей, недругов и врагов, Вырджуст наивно полагал, что теперь его мучения, в роли жалкого слуги, наконец закончатся, и начнется настоящая, полная жизнь, где только он будет волен решать, что ему делать и никогда больше не будет исполнять чужой воли, скача перед хозяином на задних лапках и пресмыкаться перед чужой силой. Он возомнил себя свободным от оков, но жестоко ошибся.
Перестав относиться к жалким низшим демонам, обзаведясь внушительными рогами и широкими крыльями, мощью и определенным влиянием, он остался все таким же рабом, более высших и могущественных порождений пламени, с той лишь разницей, что теперь и у него были собственные прислужники.
Конечно его нынешнее положение в демонической иерархии было несравнимо лучше, чем прежде, но и ответственность, которая легла на его плечи, возросла многократно. Жалким низшим серым ищейкам, ползающим в пыли у его лап, не грозил страшный гнев Повелителя Нижнего мира, если бы они не нашли след сбежавшего чародея. Вся эта сомнительная радость выпала бы исключительно демону седьмого круга и он, трясясь от ужаса при одном только мысли о неудовольствии Наивысшего, подгонял их словно вьючных животных.