- Диор! Ответь мне хоть что-то! - Потребовала я, подскочив к любимому вплотную и уже хотела залепить ему звонкую пощечину, что бы хоть как-то суметь привести его в чувство.
- Бесполезно, все теперь уже бесполезно, - все же оторвал он взгляд от пыльного ковра под ногами и взглянул на меня с такой тоскою, что мне на миг, даже захотелось отвернуться от его лица, чтобы не видеть терзавшую его муку. - Зачем ты явилась сюда, Олисия? Ну зачем?! Я же писал тебе, что бы ты даже не думала искать меня на этом проклятом острове! Я должен был ответить за все это сам, а теперь еще и тебя утащу за собою на дно! Проклятье! - Все больше начинал свирепеть он и я невольно отшатнулась назад. - Твоя сестрица оказалась права, знакомство со мной до добра не доводит, тебе следовало послушать треклятую Лассу и никогда не иметь со мной никаких дел!
- Нет! - Тут же поспешила возразить ему я. Моя вина во всем происходящем прямо сейчас тоже присутствовала и я все ни как не могла простить себе своей причастности к пристрастию своего возлюбленного к азартным играм и всем вытекающем из этого тяжелым последствиям. Слишком избалованная роскошной жизнью в Золотом городе, я требовала от него слишком многого, не раз самолично показывала Диору, что столь необеспеченный и не имеющий за душой ничего человек, как он, просто не может позволить себе мечтать о бедующем с такой девушкой как я, страдающей совсем не маленькими запросами. Я всегда, невинно, как мне тогда казалось, подшучивала над ним и не имея другой, честной возможности заработать, Диор впервые начал просаживать деньги в игровых заведениях в надежде однажды выиграть достаточно, что бы позволить себе роскошную свадьбу и собственное жилье. Сама того не желая я заставила его вступить на эту скользкую дорожку, свернуть с которой он уже оказался не в силах и сама была виновата в его долгах не меньше самого своего жениха. Узнай об этом сестра и она бы наверное трижды спустила с меня шкуру, но к счастью я никогда не признавалась ей в содеянном и Ласса пребывала в блаженном неведении, обвиняя во всех неудачах Диора, лишь его самого и всегда советовала мне не сближаться с этим азартным типом достаточно близко.
Уже успев раскрыть рот для искренних извинений, и признать весь груз собственной вины, делавшей меня заслуживающей наказаний ни чуть не меньше, я так и не успела произнести ни единого слова. Первый же тяжелый удар вышиб хлипкий засов на двери и стало уже слишком поздно для любых разговоров.
В дверном проеме появились двое. Первый, с зажатым в руке окровавленным, широким ножом, который мгновенно заставил меня ужаснуться, подумав о хозяйке таверны, тут же бросился прямиком к Диору. Второй, тот в котором я мгновенно почувствовала собрата по магическому призванию, остался в дверях, предотвращая любую, и без того обреченную на провал, жалкую попытку побега.
- Ты ни как уже вещички пакуешь, Диор? - Поигрывая ножом прямо перед лицом моего жениха, начал говорить этот мерзкий тип с изъеденными язвами бледной кожей. - Нехорошо отправляться в дальнее путешествие так и не рассчитавшись со всеми долгами, ты не находишь? Некоторые, весьма недоверчивые и осторожные люди могут решить, что ты пытаешься сбежать с острова оставив их с носом, а это очень и очень не хорошо, крайне неосторожно и даже рискованно. Подобные, нехорошие люди могут не простить затаенной обиды и любого даже самого крепкого здоровья, в этом случае может оказаться совсем не достаточно, что бы загладить свою вину перед ними.
Злорадно ухмыляясь все шире, он приставил свое оружие к самому глазу застывшего от ужаса Диора и я не смогла устоять в стороне.
- Не трогай его! - попыталась шагнуть я вперед и тут же оказалась в крепкой хватке застывшего за спиной чародея. Схватив меня под руки, он прижал меня прямо к стенке и его отвратительный дружок, тут же не замедлил возникнуть рядом с вожделением рассматривая полупрозрачное платье, от которого у него чуть было слюнки не потекли прямо на пол.