Просто рефлекторно стараясь вырваться, я с обеих отбитых рук, крест на крест ударила по обвившей мою ногу растительной конечности и та отдернулась, словно бы и вправду получив ущерб и испытав боль. Эта защитная атака, похоже все таки заставила тварь разозлиться. Перестав играть со мной в игры, это создание нанесло свой ответный удар с такой силой, что если бы я вовремя не успела откатиться от него в сторону, то оказалась бы, наверное рассеченной его хлыстом на две половины. Оставив на земле глубокую вмятину и подняв в воздух целое облако пыли, этот ответный ход доказал, что не все так плохо, как прежде казалось, и если я действительно могу причинить ему вред, то не стоит сдаваться так рано, и следует еще побороться хотя бы во имя воскресшей из мертвых надежды.
Воодушевившись этим открытием я проворно вскочила на ноги, сморщившись от боли в тех местах, где шипы все же смогли прошить толстую кожу сапога, и все началось по новой.
Я снова принялась скакать отпрыгивая от свистящих в воздухе выпадов в мою сторону, каждый раз пытаясь в ответ задеть их мечем, но больше не лезла на рожон, продвигаясь вперед, и исключительно защищалась. Я все дальше и дальше отступала назад, уводя его от оставшейся за спиной и позабытой кареты семьи Альвент. Только так, разозлив эту тварь и вызвав весь ее огонь на себя, я могла защитить свою госпожу выманив это порождение природы как можно дальше.
К счастью, парк, где среди деревьев это создание наверняка чувствовало себя, словно рыба в воде, был не таким уж большим и обширным, а выбравшись за его пределы, или хотя бы на одну из дорожек, уже можно было рассчитывать хоть на какую ни будь реальную помощь. Конечно для телохранителя благородной особы стараться справиться с угрозой чужими силами было не слишком то и профессионально, если не сказать большего, но иного выхода я просто не видела, и в первые в своей жизни не жалела, что природа на нашем небольшом острове никогда не могла расцвести в полную силу без помощи дорогостоящей магии. Весь парк можно было легко пересечь всего за жалкие полчаса неспешной ходьбы и если бы мне только удалось выманить его подальше, то расклад уже вполне мог стать если не равным, то вплотную приблизиться к этому показателю.
Не чувствуя в моих действиях никакого подвоха и покорно продолжая угрожающе продвигаться на встречу, неведомое создание похоже принимало мое отступление за чистую монету, но когда мои ноги наконец вступили на мелкий гравий дорожки, я уже порядочно выдохлась, скакать словно кузнечик. Долго мне в таком интенсивном темпе явно было не продержаться и я вновь, уже который за эту ночь раз, успела пожалеть, что сестры сейчас не было рядом. Именно для таких случаев, когда справиться обычным оружием попросту невозможно, Олисия и присутствовала в нашем дуэте. Но в первый и единственный раз когда за все годы нашей с ней службы ее сила и помощь все же потребовались ее лучшей подружке Милассе, сестры, конечно же рядом не оказалось. Справляться со всеми свалившимися невзгодами вновь предстояло лишь мне, и никто не мог прикрыть мою открытую всем ветрам спину.
Заметно потеряв в скорости и проворстве от ставшего частым и тяжелым дыхания, я чуть было не пропустила новый удар нацеленный мне прямо в лицо. Он пронесся совсем рядом и вновь попытавшись задеть хлыст на лету, стараясь если не перерубит, то хотя бы оставить внушительную зарубку, я подставила оружие прямиком под живой гибкий кнут. Он стремительно обмотался вокруг рукояти и резко дернувшая его на себя тварь, вырвала оружие из моих скользких пальцев, чуть не вывихнув мне при этом еще и плече.
Вскрикнув от боли и тут же чертыхнувшись себе под нос от досады, я отскочила еще дальше назад и если бы не благосклонная судьба, наградившая меня умением одинаково хорошо владеть оружием в обеих руках, то оставшись с одной только левой, я наверное была бы уже близка к тому, что бы просто броситься отсюда подальше, спасая исключительно свою шкуру и совершенно наплевав на все свои обязательства, решила, что своя жизнь дороже, а мертвецу никто за хорошую охрану уже не заплатит.
Словно в ответ на мои мольбы и в награду теплившейся внутри надежде, где-то у меня за спиной послышался еще тихий и неспешный шум копыт шуршавших мелкими камешками на дорожке. Прежде чем я сумела обернуться назад, этот звук уже успел обрадовать меня до невозможности и не смотря на свежую боль в плече, и уже застарелую, но жгучую на лодыжке, словно бы позабыв о все еще продолжающейся опасной схватке и неуязвимом противнике, я неожиданно почувствовала себя до невозможности хорошо, а на душе как-то сразу стало легко и свободно.