Верзила даже понять ничего не успел. Опьянев от азарта, он совершенно не ожидал ничего подобного, и схватившись за сломанный нос, едва сумел устоять на ногах.
Второй охранник тут же хотел было метнуться ко мне, перешагнув прямиком через Регнора, но стоило мне только на половину обнажить меч, и вызывающе улыбнуться ему прямо в лицо, как он, разглядев наконец перед собой глодарскую броню, и поняв, кто стоит перед ним, тут же отшатнулся назад, почувствовав во мне, как минимум равного, и не такого беспомощного соперника, как седовласый юнец. Весь разыгравшийся у него от жестокой расправы горячий пыл, мигом сошел на нет, и потупившись, он вопросительно уставился на своего низкорослого, бородатого покровителя, в ожидании каких-либо распоряжений.
- Что вы себе позволяете?! - Тут же, не заставил себя долго ждать лысый гном, подскочив прямо ко мне. - Вы препятствуете правосудию! - Заявил он, едва дрогнувшим, и уже не таким грозным и уверенным голосом, как распинался здесь прежде. Все же глодарская броня сумела произвести должное впечатление и на него. Она всегда действовала одинаково отталкивающе и пугающе, на всех без разбора на классовую принадлежность и расу, но толпа, чувствуя за собой превосходство, все же не намеревалась разговаривать со мной столь же любезно.
- Пошел прочь, глодар! - Первый брошенный в меня кем-то камень угодил на мостовую совсем немного не долетев до моих сапогов, но этого, первого же сигнала, уже было достаточно что бы начать опасаться и мне.
- Это не твое, паршивое дело!
- Убирайся, приблуда! - Загомонили они уже в мою сторону, и тут же почувствовавший за собой силу купец, вновь угрожающе придвинулся ближе.
- Лучше бы тебе уйти самому, пока я не послал кого-то за стражей.
- Зови, - уверенно и нагло заявил ему я. - Думаю им крайне интересно будет узнать о том, как по твоему приказу, прямо на улице, на глазах у людей, чуть было не забили совсем еще юного паренька.
- Этот человек вор! - Указал он коротким, унизанным перстнями пальцем, на притихшего малыша.
- И че? - Этот крайне весомый, и попросту неопровержимый, ни чем не непробиваемый, наглый аргумент, всего городского отребья, всегда безотказный при любых обстоятельствах, заставил гнома побагроветь от нахлынувшей на него злости. Подобная дерзкая нелепость чуть было не заставила его сорваться на крик, но все таки сумев удержаться, и явно, до последнего, не желая связываться с опасным сословьем глодаров, он все же сумел взять себя в руки, и продолжил стараться разговаривать со мной предельно спокойно.
- Этот человек, при свидетелях, осмелился украсть с моего прилавка, и по законам этого острова он должен понести немедленное, заслуженное и справедливое наказание!
- Это не дает вам права на самосуд! - Возразил я. - Или здесь собрание высших чинов городской стражи?! Нет? Возможно это заседание Магистрата? Или вокруг меня одни судьи? Ну! Что вы молчите?! - Народ за моей спиной поутих, словно бы внезапно и правда почувствовав за собою вину.
- Я член торговой гильдии! - Завопил низкорослый купец. - Я заседаю в ее верховной палате!
- С каких это пор у верховной палаты появилось право на казнь? - Вот тут многие могли бы со мной поспорить, припомнив, что большая часть нашего Магистрата, как раз таки и состояла из самых богатых и влиятельных торгашей города. Деньги всегда заправляли на этом острове всем, давно оставив позади любых королей, могущественных императоров, и теневых баронов, которые по слухам и являлись настоящими хозяевами всей этой земли. Золото переплевывало в своей неограниченной власти даже бессмертных богов, и именно с его помощью я собирался закончить все это представление, пока воплотившаяся в толпе животная ярость, не раскусила весь мой фирменный блеф, или рядом не появилась настоящая стража, договориться с которой может оказаться далеко не так просто.
- Сколько он тебе должен?
- Что? - Не сразу понял к чему я веду гном. - Какое тебе дело до этого оборванца?
- Никакого. - Честно признался я. - Так сколько ты хочешь?
- Хорошо, - довольно огладив бороду, лукаво улыбнулся купец, явно заподозрив что-то неладное в моей помощи этому пареньку, но выспрашивать ничего больше не стал. - За десять золотых я вполне мог бы закрыть глаза на все это, досадное недоразумение.
- Вот, - не раздумывая выложил я ему, наверняка завышенную в двое, не малую цену. Расставаться с такими деньгами было конечно же чертовски обидно, но любые торги могли бы привести к полному провалу всей моей спасательной операции.
- Ты, как малыш? - Присел я рядом с Регнором, когда довольный своим заработком купец поспешил удалиться, прихватив с собою обоих верзил, а оставшаяся разочарованной толпа начала медленно разбредаться по сторонам.