- Дронг, это ты? - С трудом разлепил отекшие глаза побитый подросток, и только тогда я понял насколько же глуп был мой вопрос. Сейчас лишь слепой не заметил бы как паршиво должно быть этому пареньку. Выглядел он сейчас куда хуже чем при нашей первой встречи у Рида, когда ободранный заявился к нему на порог. Еще совсем недавно подаренная мною одежда оказалась запачкана грязью и кровью. Правый рукав почти оторвался, да и штаны превратились в настоящие лохмотья, которыми мог побрезговать даже нищий. Все тело подростка покрывали свежие синяки, ссадины и кровоподтеки. Разбитые губы распухли, а посеребренные волосы слиплись от крови и грязи.
- Это я, встать можешь?
- Попробую, - с явным трудом, и шипя от боли, при каждом движении, он с моей помощью, все же сумел подняться на ноги, и к своей огромной радости я быстро убедился, что сломать ему ничего не успели, но смотреть на подростка по-прежнему было больно.
- Как тебя угораздило вляпаться во все это? Мало было демонов на хвосте?! Ты что же, решил оставить их без добычи? - Неожиданно обозлился на него я, словно бы Регнор и в правду мог желать себе такой участи, но должен признаться, что я винил в равной степени и себя. Чувствуя, что не стоит оставлять его одного, я все же совершил эту ошибку и теперь продолжал испытывать угрызения совести, будто бы самолично отделав его той дубинкой.
- Я не хотел, но мне пришлось, - с трудом разговаривал он, медленно начиная приходить в норму.
- Пришлось украсть?!
- Да, пришлось. - Кивнул он. - Очень уж хотел есть.
- Есть?! - Не сразу поверил я своим ушам, полагая, что Регнор пытался украсть, как минимум что-то ценное.
- Я не ел ничего уже дня три, может и больше, точно уже и не помню.
- И что же ты прикарманил, хотел бы я знать?
- Яблоко.
- Яблоко?! - За обычный грошовый товар, с меня содрали стоимость ни одной его не малой партии, и еще раз убедившись, что никогда, и ни за что, не стоит доверять местным торговцем, я готов был собственноручно созвать толпу на публичную расправу, и устроить открытое линчевание, над этим проклятым гномом, если бы встретил его здесь еще раз. - Ты в своем уме?! Тебя же за это чуть не убили! Чем ты только думал, малыш?!
- Желудком, - похоже не соврал он. - У меня же не было ни гроша.
- Понятно, пошли. - Подхватив его под руку, я повел хромающего паренька прочь, прямиком к ближайшей, передвижной торговой тележке, от которой до нас доносился аромат свежей выпечки.
- Пирожки! Пирожки! Подходите мальчики, не стесняйтесь. Ох, а что это с ним?
- С ним уже все в порядке, с чем пирожки?
- Вепрятина, конина, говядина. Есть с зеленой пататой и луком, есть с холодной, соленой морской печенью, и сладким лайкрином.
- Говядина подойдет.
Регнор набросился на еду, прежде чем я успел за нее заплатить, глотал он практически не жуя, отрывая и проглатывая большими кусками.
- Видишь какие они у меня вкусные нынче сынок? Бери больше не пожалеешь! - Тут же оживилась торговка.
- Хорошо, - запросив у нее целый сверток, я не отрывал паренька от еды, пока он не расправился с ним под чистую, и не начал облизывать пальцы.
- Те твари, которые идут по твоему следу... - Начал я.
- Демоны?
- Угу. Они и правда не смогут достать тебя только в Мертвом мире?
- Бездна единственное место куда бояться спускаться даже они. - Кивнул он, на удивление быстро приходя в норму.
На мгновение я замялся, не решаясь произнести в слух, свое уже созревшее и оформившееся в голове решение, но все же собрался, и вздохнув, выложил ему все.
- Если ты все еще готов отправиться в Мертвый мир, то я буду не против твоей компании, если ты, конечно, успеешь встать на ноги. - Не смотря на всю его беззащитность, и полную бесполезность в условиях Мертвого мира, я не мог бросить этого голодающего подростка, без единого гроша в кармане, еще раз. С его редчайшим талантом, за удивительно короткие сроки, успевать влипать в самые серьезные неприятности, он не протянул бы на нашем острове ни единого дня. Если бы не памятные демоны, идущие по его следу, и не обычные вездесущие бандиты, которыми кишел этот город, то его собственные глупость, упрямство и неосторожность, наверняка свели бы его в могилу еще до утра.
Одинокий, в жалких заляпанных грязью и кровью лохмотьях, с жадностью нападающий на любую предложенную еду, но не смотря ни на что, не желающий сдаваться так просто, и цепляясь за свою паршивую жизнь всеми силами, пытающийся выкарабкаться на верх из бездонной могилы, этот паренек все равно был уже обречен в этом городе, и до ужаса напоминал мне себя самого, когда я впервые оказался на этой земле. Совершенно растерянный, напуганный, но озлобленный и опасный, тогда я наверняка ни за что не сумел бы выжить на острове в одиночку, без чьей либо помощи. Подобравший меня на самой границе тумана глодар в буквальном смысле спас мою жизнь и решив отплатить судьбе той же монетой, я неожиданно почувствовал облегчение от гнетущего меня в груди тяжелого чувства, и больше уже ни сколько не сомневался, что принял единственно верное из всех возможных решений.