О да. Его лицо на секунду изменилось. Не ожидал, Джеймс? Думал, я не попытаюсь нащупать твоё больное место? Себастьян мне успел достаточно рассказать о тебе.
— Не смей трогать мою семью. Они сами виноваты. Надо было соглашаться меня отдать, а не набивать мне цену. Им было плевать на меня, но не плевать на деньги, которые можно получить за меня. Триада правильно сделала, что убила их, — оскалив зубы, сказал Джеймс.
— А твоя сестричка? Она в чём виновата? Она же не хотела продавать тебя. Но её убили вместе с родителями. А та девушка? Алиса. — зрачки Джеймса расширились при упоминании о ней, — Она просто хотела другой жизни. И, между прочим, с тобой. Но ты сдал её, как послушный пёсик. Сдал Триаде, а та тебя по голове погладила и косточку кинула.
— Заткни. Свой. Рот. — по словам произнёс разъярённый мужчина, — Не говори о том, о чём не знаешь.
— А то что? — я усмехаюсь ему прямо в лицо, — Ты уже забрал у меня всё. Мне больше нечего терять. А вот у тебя есть.
Джеймс резко поддался вперёд и схватил меня за горло, сжимая на грани перекрытия воздуха. Он был невероятно зол. До ужаса. Но я чувствовала, как больно бью его с каждым новым словом.
— Давай. Души меня. Души, как когда-то делал это с Джессикой, — я знала, чем добить его.
Исходящее от мужчины чувство угрозы вспыхивает с новой силой. Меня окатывает страхом с ног до головы, сбивая окончательно сердечный ритм. Я бы с удовольствием прямо сейчас провалилась под землю, я еле дышу, чувствуя, как его пальцы нервно подрагивают на моей шее. Но мне сейчас нельзя сдаваться. Нет, надо добить его до конца.
— Да, Джеймс. Ты просто видишь во мне их. Поэтому так ненавидишь. Поэтому чувствуешь себя уязвимым рядом со мной. Поэтому ты боишься потерять и меня. И от Себастьяна ты избавился лишь потому, что это твой конкурент. Тебе плевать на правила. Тебе нужна я. Полностью.
Мои слова действуют на мужчину именно так, как я и хотела. Он отшатывается от меня, будто только что получил сильным разрядом тока. Он молча разворачивается и выходит из камеры, оставив меня в гробовой тишине, с холодной пустотой внутри и глодающим до костей чувством страха. Он просто так не отпустит меня. Нет, теперь он будет бить точнее. Наша с ним игра становится жёстче. И правила в ней изменяются.