— Джеймс. Тебя ведь так зовут? Это твой позывной или настоящее имя? — я решила поговорить с мучителем, вдруг получится его разговорить. — Джеймс, а ты вырос в Триаде? Я слушала, Триада буквально целые поколения вырастила в своих недрах.
Он не отвечал, мы зашли в камеру. Мужчина резко поднял меня за кофту и прижал к стене. Только сейчас я увидела его лицо, которое перекосило от злости. Не стоило мне начинать разговор с ним. Надо запомнить, что это бесполезно.
— Слушай внимательно. Я повторю ещё раз. Но это будет последний. Я тебе ни мама, ни папа, и нянчиться с тобой не собираюсь, — он выплёвывал мне эти слова в лицо. — Я не собираюсь отвечать на твои дурацкие вопросы. Меньше знаешь — крепче спишь. Ты просто молча выполняешь свою работу. Усвоила?
— Да ты, мудила, прочитай моё дело ради приличия. У меня ни мамы, ни папы нет, — я пытаюсь замахнуться, чтобы ударить его, но получается плохо, он резко откидывает меня на пол, я больно ударяюсь копчиком и затылком. И слышу, как за Джеймсом закрывается дверь. Просто класс, что ещё можно сказать.
Джеймс
Эта девчонка заставила меня всё-таки заглянуть в её дело. Мы, конечно, уже не храним их в печатном виде, таким занимаются только дилетанты. Поэтому я сижу сейчас перед компьютером и ищу её среди миллионов досье. Хорошо, что есть алфавитный порядок.
— Джеймс, там сверху есть поисковая строка, — Марго, девушка, которая заведует архивом, явно устала слушать треск колёсика мышки.
— Чёрт, какой же я, — я рассмеялся. — Отвык за компьютером сидеть.
Я вбил её имя в поиск. Лора Дэвинсон. 29 лет. Младше меня всего на четыре года. На первой странице на меня смотрят её большие глаза. Её не обуздать, она как дикий мустанг в степи. Накинь поводок на шею, и она тут же тебя сбросит, протащив по разгорячённой земле. Она вольная, своенравная. Воздух свободы у неё будет отобрать сложно. Я прикусил губу. Мне нравится ломать именно таких.
Её история жизни достаточно типичная для тех, кого мы периодически отлавливаем. Отучилась в школе, особо ничем примечательным не отличилась. В старших классах увлеклась компьютерными технологиями. После выпуска случайно выполнила не тот заказ. Мать и отца прирезали на её глазах. Она сбежала от этого в какой-то гадюшник. Кори Лаверс. Владеет несколькими клубами, незаконными игровыми автоматами, подпольным покером, сутенёр, занимается продажей людей. Ну, понятно. Нам он тоже продал несколько людей. Но, похоже, эту малышку приберёг для себя. Девчонка работала на него, в ответ получала кров и наркотики. Типичная история маргинального подростка, оставшегося без родителей. Про её шрам ничего написано не было, лишь в карточке медицинского осмотра у нас. Наверное, получила от своего покровителя и сбежала, трусливо поджав хвост. Спряталась где-то в тёмной подворотне, долго зализывала кровоточащую рану, как вшивая дворняжка. Вот и шрам такой кривой, большой, некрасивый. Дальше какой-то Дориан Роуд. Два года она жила на его съёмной квартире, пока мы отчаянно её искали, ведь подлый трус Кори сдал её нам в отместку.
Что ж, зря только время потерял, прочитав эту бессмысленную историю её жизни по справкам. Я ещё раз взглянул на её фотографию. Бледная кожа, заостренный подбородок, башенный взгляд в зелёных глазах, светло-русые длинные волосы непослушно торчат в разные стороны, вздёрнутый нос. Ну точно дикий мустанг. Или всё же дворняжка, сорвавшаяся с цепи?
— С чего вдруг решил посмотреть её досье? — Марго подходит ко мне, садится на свободный край стола и аккуратно проводит рукой щеке.
— Она очень интересный экземпляр, — я усмехаюсь, явно понимая, к чему ведёт девушка своими жестами.
— Будешь её подсаживать на свои любимые качели? — она загадочно улыбнулась. Вот же чёртова мазохистка.
— Да. Боль, обезболивающие, боль, обезболивающие, боль, обезболивающие. И так, пока она не станет зависима от этого, — я стал медленно расстёгивать её рубашку. — Лучший способ подчинить себе.
— Да, в подчинении ты мастер. Не зря так быстро поднялся, — она хищно улыбается, наблюдая за тем, как я высвобождаю её большую грудь от дурацкой красной рубашки с эмблемой. Сколько же операций ты сделала, Марго, ради того, чтобы тебя иногда трахали?