— Я поднялся только с помощью своих мозгов, — мне не нравится говорить на эту тему, поэтому приходится указать Марго её место. — Раздевайся.
Как же я ненавижу прелюдии, заигрывания...
4 глава
Лора
Целых две недели я была паинькой. Наверное, настолько трудолюбивых и покорных заключённых они ещё не видели. Я действовала по расписанию, молча соглашалась со всеми приказами, взламывала, делала дополнительную защиту. Параллельно я отъедалась от души, Док мне проколол курс витаминов. Я воспряла духом, стала чувствовать себя намного лучше. И план придумала. Надо только усыпить их бдительность.
Джеймс постоянно пытался выводить меня из равновесия. Он отказался отворачиваться, когда я моюсь, в мою сторону куча язвительных фраз, попытки оскорбить, издёвки. Он, похоже, прочитал моё досье и постоянно называл имя того, про кого я бы хотела больше никогда не слышать. Но я не поддавалась. Делала вид, что мне всё равно, а в душе так обидно было. Тяжёлый комок злости осел в моём животе и больно бил меня каждый раз, когда я затыкала свою гордость подальше. Я терпела, сжав зубы, потому что надо было выполнить мой план. И я не должна дать даже малейшего повода этому садисту вновь меня ударить.
Нет, я не надеялась сбежать, я реально оценивала всё. Сбежать я смогу только в качестве трупа. Но я могу пытаться разрушить корпорацию изнутри. Каждый день я воровала информацию из внутреннего доступа Триады. Конечно, слишком засекреченные проекты стащить у меня не получилось, но я смогла найти много интересного. Выложив это в Сеть, я смогу поднять бунт вокруг Триады. Ну или по крайней мере помогу немного правительству в борьбе с ними. Я тащила информацию аккуратно и складывала её отдельно в Сети. Сегодня осталось только выложить. Надо действовать осторожно. Джеймс оказался не таким уже гением, поэтому ещё не поймал меня. Значит, и сегодня всё получится. Даже Триада не заметит, откуда произошёл слив.
Я уже лежала на своём «рабочем месте» и ждала, когда придёт Прилив. Но ничего не происходило. Минута. Две. Три. Что-то не так. Я открыла глаза и посмотрела на мужчину, который сидел в кресле в углу.
— Я тебе не верю, — он очень пристально смотрел на меня. — Нет, такая, как ты, не могла так сделать.
— Что? — я приподнялась на локтях.
— Ты не можешь так просто подчиниться, — он встаёт и подходит ко мне, нависая надо мной. — Такие бешенные люди скорее вены зубами себе вскроют, чем добровольно оставят себя в неволе.
— Иногда надо просто смириться со своей судьбой, — я пожимаю плечами и ложусь обратно. — Давай уже сделаем всё, я сегодня плохо спала.
— Слушай, — он присаживается на корточки и берёт меня за подбородок, — я же узнаю, что ты делаешь. И тогда ты получишь. Я выбью из тебя всю твою дурь, вся твоя борьба закончится на моём кулаке.
— Мне плевать, Джеймс, правда плевать, — я закрыла глаза. — Делай со мной всё, что захочешь. Только работать не мешай, а после погружения хоть как грушу для битья используй. Только аккуратно, чтобы наальство в угол не поставило...
Джеймс
Я погрузил её. Какая-то очередная история из клуба. Уже смотреть неинтересно. После всех слов, после всех этих бешеных улыбок и искорок в глазах она стала послушной? Не верю. Только не этой чертовке. Видела я однажды такую же. Её ломать пришлось долго и сладко. Зато теперь один из преданных сотрудников Триады. Вдруг включается сигнал, оповещающий о тревоге. «Тревога №15» оповещает динамик. Я знаю все эти номера наизусть. Это означает слив информации Триады. Вот же. Я же говорила, эта сучка лишь притворяется. По протоколу я должен вывести её из симуляции и отвезти к главному. Но она меня так бесит. Она столько дней пыталась усыпить мою бдительность. Эта девчонка думает, что все мы здесь в Триаде глупые и не заметим её маленький слив? Да у нас столько слоёв защиты, столько специалистов, которые занимаются выявлением появления запрещённой информации в Сети. Она ещё глупее, чем казалась, раз решила, что Триада не заметит.
Я резко поднимаюсь, хватаю её за ноги и сдёргиваю на пол. Она кривится, но всё ещё не пришла из Погружения. Я специально не вывожу «овец» из её нервных окончаний, если уж наказывать её, то по полной. И я резко ударяю её в живот ногой. Слышу тяжёлый стон. Ещё удар. Ещё. Из-за сигнала тревоги плохо слышу, но, кажется, был треск. Похоже, рёбра стали не выдерживать моих ударов. Ещё удар. И ещё. Она вышла из стимуляции, стала хватать ртом воздух, глаза её закатились. Я чувствовал, как ей больно, как её тело судорожно пытается обрести сознание, но эта дикая боль ей мешает. Я должен провести эту наглую суку.