— Как после десяти раундов с боксёрской грушей, которая сама бьет в ответ, — она слабо улыбнулась. — Но... я что-то поняла там, в погоне. Когда они стреляли этим «тенетным полем». Я чувствовала не просто угрозу. Я чувствовала... пустоту. Холод. Как будто эта штука не просто обездвиживает. Она высасывает саму возможность действия. Это ужасно.
— Зато твой «новый орган чувств» работает, — с горьковатой шуткой заметил Саша.
— А твой «новый мускул» тоже, — парировала она. — Дерево-то кто повалил?
Он не нашёлся что ответить. Это было и пугающе, и странно обнадеживающе.
— Данные синхронизированы, — позвал их Артём Павлович. Он сидел перед ноутбуком, на экране которого были развёрнуты несколько графиков и карта местности. — Подходите. Вам стоит это видеть.
Они собрались вокруг. На экране карты была отмечена их прежняя позиция у сопок и текущая — у лимана. Но самое интересное было в графиках. Один показывал сейсмическую активность — ровные, как удары метронома, пики каждые тридцать семь минут (интервал сократился!). Другой график отображал электромагнитный фон — он рос в геометрической прогрессии, и каждый пик совпадал со всплеском на первом графике. Но третий график был самым странным: он показывал нечто, названное «когерентность фонового шума». И эта кривая не просто росла — она выстраивалась, превращалась из хаотических помех в почти идеальную синусоиду.
— Что это означает? — спросил Семён, щурясь на экран.
— Это означает, что местный узел выходит на резонанс, — объяснил Артём Павлович. Его пальцы быстро бегали по клавиатуре, выводя на экран новые окна. — Представьте камертон. Сначала он просто лежит — это фоновая вибрация, хаос. Потом по нему ударяют — это первичный импульс, возможно, вызванный деактивацией вашего Диска в Карелии. И теперь он звучит, и его звук становится всё чище и громче. Устройство «Палимпсеста» — это не просто слушатель. Это второй камертон. Они настраивают его на ту же частоту, чтобы вызвать явление резонанса. А при резонансе...
— ...маленькая сила может вызвать большой эффект, — закончила мысль Марина, смотря на графики с пониманием, которое удивило Сашу.
— Совершенно верно. При резонансе можно раскачать систему до разрушения. Или... до открытия.
— Открытия чего? — спросила Маша.
— Канала. Портала. Доступа к тому, что находится «между» узлами. Энергии? Информации? Или чего-то более материального.
В землянке стало тихо. Звук примуса и писк ноутбука казались громкими на фоне этого тяжёлого понимания.
— И что они хотят через этот канал получить? Или отправить? — спросил Саша.
— Недостающие данные, — предположил Артём Павлович. — Фонд «Палимпсест» — коллекционеры. Их цель — полная картина, полный контроль над наследием. У них, я уверен, есть артефакты или данные с других узлов. Но сеть разорвана, нестабильна. Они пытаются её «починить» по-своему. Настроить, как радиоприёмник на нужную волну. И тогда... они смогут считывать информацию со всей Сети. Или загружать в неё свои команды.
— Как вирус, — прошептала Маша.
— Очень точная аналогия, — кивнул учёный. — Вирус контроля.
— Мы не можем этого допустить, — просто сказал Семён. Его скуластое лицо было каменным. — Что можем сделать?
Артём Павлович откинулся на спинку стула, сложив пальцы домиком.
— Теоретически, есть несколько вариантов. Первый — физическое уничтожение их аппаратуры. Рискованно и, скорее всего, бесполезно — у них есть резервные комплекты, да и охрана серьёзная. Второй — попытаться внести диссонанс в их настройку. Создать «шум», который собьёт резонанс. Для этого нужно понять точную частоту и модуляцию их сигнала. — Он посмотрел на Машу. — Здесь может помочь ваш уникальный перцептивный интерфейс, то есть вы, Мария. Вы можете почувствовать то, что приборы лишь с трудом регистрируют.
Маша сглотнула, почувствовав на себе вес этого взгляда.
— Я... попробую.
— И третий вариант, — продолжил Артём, — самый сложный и пока гипотетический. Мы можем попытаться... перенастроить узел сами. Не на частоту «Палимпсеста», а на что-то другое. На гармоничную, стабилизирующую частоту. Чтобы он не «открывался», а, наоборот, «успокоился». Но для этого нужен не только точный расчёт, но и источник энергии. Или, вернее, источник воли, способный повлиять на систему. — Его взгляд скользнул от Маши к Саше.
Саша почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
— Вы про то, что с деревом?
— И про восприятие Марии. Да. Вы двое, будучи изменёнными контактом с артефактом, являетесь... живыми компонентами этой системы. Недостающими элементами. Вам не нужен внешний кристалл, как Диск. Вы сами — кристаллы, пусть и неотёсанные. Вам нужно научиться резонировать сознательно. Вместе.