— Кавказ, — вдруг сказала Элейн из Шотландии. Все посмотрели на её сегмент. — Я слышала версию этой легенды от старого хранителя с Гебридских островов. Он говорил, что один из компонентов был унесён «в страну высоких гор, где рождаются ветры и спят древние духи камня». Он связывал это с Кавказом. С вашими дольменами.
Саша и Маша переглянулись. Дольмен. Место, где камень помнил первый вздох земли. Это было слишком похоже.
— Но «вода, не дающая тени»? — задумался Артём. — Это может быть множество мест: подземное озеро, источник в пещере…
— Не просто вода, — тихо сказала Маша. Все взгляды обратились к ней. Она сидела, обхватив себя руками, и её глаза были закрыты, будто она прислушивалась к чему-то внутри. — Вода, которая поглощает свет. Не просто тёмная от ила или глубины. А… активно поглощающая. Как та сфера «Палимпсеста». Только не для подавления, а для… хранения тишины. Я чувствовала нечто подобное в потоке от дольмена. Ощущение абсолютного, ненарушимого покоя. Как будто там, глубоко, есть точка, где все вибрации замирают.
— Если эта «Сердцевина» реальна, и она на Кавказе, — сказал Семён, его голос прозвучал как гром среди ясного неба, — то это и есть наш козырь. Мы не станем её использовать. Мы найдём её. И сообщим Кирсанову, что она в наших руках. Что если он тронет наших детей или продолжит свою «зачистку», мы не станем с ним драться. Мы просто… нажмём на паузу. На всей планете. Надолго. Его коллекция, его синхронизация, его контроль — всё это зависит от активной сети. Усыпи её — и его проект рухнет.
Идея повисла в воздухе, огромная, дерзкая и опасная. Блеф. Или не совсем блеф. Если они найдут «Сердцевину», они получат реальный рычаг. Угрозу, которую Кирсанов, фанатичный коллекционер, не сможет игнорировать. Угрозу его главному сокровищу — самой Сети.
— Это… рискованно, — сказал Кенджи. — Если «Ключ-Отменитель» реален, его активация может иметь непредсказуемые последствия. Усыпить сеть — это не выключить свет. Это ввести в кому целую экосистему.
— Нам не нужно её активировать, — возразил Артём. Его ум уже работал на полную мощность. — Нам нужно создать правдоподобную угрозу. Для этого достаточно найти компонент и доказать Кирсанову, что он у нас есть, и что мы способны его использовать. Его паранойя, его стремление к тотальному контролю, сыграют против него. Он не сможет допустить, чтобы такой артефакт был в руках «дилетантов». Он будет вынужден вступить в переговоры. Или, как минимум, отвлечь ресурсы на его поиски и откуп у нас.
— План приемлем, — после раздумья сказал Мануэль. — Но времени у вас мало. Сорок часов — это ничто для поисков легендарного артефакта.
— Поэтому мы будем работать вместе, — заявила Элейн. — Мы, сторожа на других точках, можем создать активность. Саботировать их оборудование, поднимать шум в местных СМИ, организовывать «протесты экологов». Всё, что отвлечёт внимание и ресурсы «Палимпсеста» на наших территориях. У Кирсанова не бесконечная армия. Пока он будет тушить пожары в Шотландии, Японии и Австралии, у вас будет немного воздуха для поисков.
— Согласен, — кивнул Брюс. — У меня как раз есть парочка идей, как устроить им «технические неполадки» у Улуру. Безвзрывные, но очень раздражающие.
— Я могу организовать утечку информации о их секретной стройке на Кураме, — добавил Кенджи. — У меня есть контакты в оппозиционной прессе. Это создаст им бюрократические проблемы.
На экране между этими людьми, разделёнными океанами и континентами, возникло невидимое, но прочное соглашение. Союз. Сеть сторожей против сети коллекционера.
— Спасибо, — тихо сказала Маша, глядя на эти лица. — Спасибо вам всем.
— Не благодарите, — сказала Элейн, и в её усталых глазах мелькнула искорка. — Мы защищаем одно и то же. Просто с разных сторон. Держите нас в курсе. И… удачи. Вам она понадобится больше всех.
Связь начала рваться, изображение поплыло.
— Два часа. Канал закрывается, — донёсся голос Юры снаружи.
— Ищите воду без тени, — последним сказал Мануэль. — И помните — «Сердцевина» не хочет быть найденной. Она защищена. Не только физически.
Экраны погасли. В палатке снова стало тихо, только шум ветра и тяжёлое дыхание людей. Но атмосфера переменилась. Отчаяние и ярость сменились целеустремлённостью. У них появился план. Глобальный. И союзники.
Часть 3
После окончания конференции Юра, не задавая лишних вопросов, свернул оборудование, кивнул Семёну и уехал обратно в станицу. Риск был слишком велик, чтобы держать его рядом дольше необходимого. Теперь они были снова одни, но уже не ощущали себя таковыми.