– Думаю, тут всем места хватит, правда? Тем более так приятно пообедать с другими игроками волейбольной команды.
– Поболтать, как ж... – протянул Даниэль, но не успел договорить как Теренс прижал свою огромную ручищу к его лицу и чуть толкнул, вынуждая замолчать.
Старшеклассники подошли и нам пришлось подвинуться.
– Привет и приятного аппетита, – буркнул Уильям, ни к кому определенно не обращаясь и сел рядом со мной и прямо напротив Роуз, которая сидела между Теренсом и Даниэлем.
– Угощайтесь чаем, – предложила я.
По началу разговор не клеился. Я, Мирабель и Расмус подкидывали разные темы, но всех в разговор не удавалось затянуть. Даниэль то и дело начинал флиртовать с Роуз, а она отвечала ему, громко хихикала и вся раскраснелась от удовольствия. Я чувствовала как аура сидящего рядом Уильяма становится все темнее и напряженнее. Еще чуть-чуть и он явно уйдет, но что его настроение сейчас, что его уход наверняка испортит обед остальным.
Напряжение, как мне казалось, трещало в воздухе. Нужно что-то было придумать, и срочно. И тут у меня в голове возникла гениальная в своей простоте идея.
– Роуз, а много в итоге людей вызвалось помогать на ярмарку?
Она от этого вопроса аж подскочила.
– О, наверное даже больше, чем я думала! – затараторила она. – Теренс будет вырезать фигурки животных, что живут в нашем штате, а двое людей из кружка живописи помогут покрыть их лаком, а еще Бекки вчера предложила нарисовать пару открыток, осталось лишь дождаться от неё макетов, и Карен из студсовета по знакомству пропихнет их в печать без очереди, ведь сейчас так много людей печатают новогоднюю продукцию, а еще…
Даниэль даже не попытался вмешаться в разговор. Он бросил на тебя хитрый взгляд, потом посмотрел на Уильяма, который слушал щебетание Роуз не отводя глаз, и засыпал себе в рот кучу мармеладных мишек прямо из пакета.
– Только вот... – Роуз чуть погрустнела и сияние её воодушевления чуть померкло. – Я понятия не имею, как доставить это из школы в центр города... Открытки тоже напечатают заранее и привезут в школу. Бюджета на перевозку студсовет пока еще не выбил...
– У моей семьи есть минивен, я могу попросить отца помочь с перевозкой.
Все с огромным удивлением уставились на Уильяма. Он сейчас заговорил с Роуз! Какие еще чудеса преподнесет сегодняшний день?
Но Роуз настолько обрадовалась предложенной помощи, что не заметила ни взглядов, ни что у Уильяма от смущения шея покрылась алыми пятнами.
– Правда? – Роуз аж подалась к нему навстречу, оперевшись руками перед собой. – Это будет так здорово, Уильям!
– Нет проблем!
Уильям вскочил на ноги и стянул с себя пиджак.
– Так, а что мы сидим как ленивые тюлени? Мы в спортивном зале, давайте поиграем!
– Да, давайте! – Роуз вскочила следом за ним и запрыгала от радости. – Я выкачу корзины с волейбольными мячами!
Все начали шевелиться, а я лишь чувствовала навалившуюся сонливость после сытного обеда. Я широко зевнула, прикрыв ладонью рот.
– Идешь? – Мирабель встала одна из последних.
Я видела, как уже натягивают волейбольную сетку.
– Да... Только уберусь тут…
Я начала собирать опустевшие ланчбоксы один в другой, чтобы потом удобнее было выкинуть. Остальные уже начали разминаться, Роуз с грохотом выкатила волейбольные мячи, схватила один из них и с задорным смехом ударила его об паркет, проверяя его упругость. Я еще раз широко зевнула и подумала, что полежу еще минутку, прежде чем бежать под сетку.
Я открыла глаза и начала сонно созерцать мир, который повернулся на девяносто градусов. Мне было тепло и хорошо в мягком коконе, который пах кондиционером для белья, мятой и еще чем-то приятным. Я еще пару раз моргнула, отгоняя сонное наваждение.
Теренс в мощном прыжке оттолкнулся с задней линии и ударил по мячу. Я видела, как напряглись в этот момент его предплечья – он завернул рукава форменной рубашки по локоть.
– Неплохой съем, молодец, – похвалил его Уильям.
Он взъерошил волосы и потянулся.
– А сколько времени? – сонно пролепетала я, приподнимаясь на локте.
– Юджиния… – над ухом раздался голос Мирабель.
Я почувствовала прикосновение и опять моргнула, не в силах отвести взгляд от Теренса. Он сейчас стоял в полоборота и внимательно слушал что ему говорит Расмус, уперев руки в бока.
Сейчас, лежа под его пиджаком, я со всей ясностью осознала, что влюбилась в Теренса Улльсона.
***
Осознание собственной влюбленности поменяла всю жизнь. Конечно, казалось с этим должен прийти какой-то катаклизм, но на город не обрушилась буря, дом не смело цунами, и даже землю не сотрясли подземные толчки. Жизнь как-то наоборот словно бы замедлилась. Или это сказывается конец года?