Народу битком. Человек сто, или сто пятьдесят. Все живые игроки. Бляха муха, как все популярными стать желают. Ультровская, фабрика звезд. Все серьезные такие. Чувствуется, взаправду хотят выиграть. Народные, виртуальные артисты, блин. Кстати здесь, тоже надо постараться. Халявы нет. Ну, а мне то пофиг. Я, столько раз за свою молодость, на сцену кабаков выходил, что и не помню уже. И пьяный и трезвый. И перед богатыми и перед бедными бацал. А тут, какой то придуманный мир. Сейчас покажу, как надо дурачиться. Уверенным шагом иду по проходу к сцене. По пути, невзначай, вырываю из рук, худосочного мага, музыкальный инструмент, похожий на гитару, только маленькую, и с пятью струнами. Тот невразумительно вякнул, что-то вдогонку. Отмахнулся от него, как от назойливой мухи.
— Кыш, дай дорогу, таланту!
Легко взбегаю по скрипучим ступенькам и выхожу на середину полукруглого помоста. Все думают так и надо. Наверное, ведущий. Хм, конечно, ведущий. Сей час заведу вас в темный лес, как крыс под волшебную дудочку. На лице, сама собой расцветает, глумливая гримаса. Хитро оглядываю почтенную публику. Так наверное дедушка Ленин, улыбался приговоренным к расстрелу буржуям. Повеселю вас, готовьтесь родимые. С прищуром, разглядываю настороженные лица, сидящие передо мной.
Разномастные любители музыки, со странными инструментами в руках, затихли. Меланхолия и неуверенность, обуревает всем контингентом. Какие то скучные все. Народу надо дать праздник. Сей момент. Держите свои штанишки, девчонки и мальчишки. Подхожу к краю сцены. Секунду смотрю, на разнокалиберную зрительскую толпу. Народ замер. Сотни глазенок уставились на меня. Прямо, как первоклассники, на учителя. Набираю в легкие воздух и громким, праздничным голосом вещаю.
— Глубокоуважаемые дамы и господа. Рыцари, паладины, маги и некроманты, ну и конечно же ниндзя с самураями. Сегодня и всегда, вас приветствует, с этой высокой сцены, Месье Карабасофф. — голос звонко отражается от высоких стен — Приветствую вас, будущие победители, нашего конкурса!!! Хлопаем в ладоши! Хлопаем!
Зал начинает жиденько аплодировать. Тааааак, народ сидит у компов, аморфен и полупьян. Трудно будет раскачать, а тем более заставить принять участие в этом балагане. Опять набираю полные легкие воздуху и провозглашаю.
— Сегодня единственный, первый и последний раз, мы проводим конкурс, на лучшего барда и менестреля. Или попросту, самого прикольного пацана и девчонку.
Народ как-то встрепенулся. Некоторые начали ерзать в мягких, резных креслах. Сей час, вас раскачаю. Не сбавляя, громкости кричу дальше. Голос гулко мечется, по просторному залу. Отражается от высокого потолка, заставляет позвякивать хрустальные висюльки в позолоченных, массивных люстрах.
— Кто, сегодня займет первое место, в нашей номинации — лучший бард и лучший менестрель, тот получит — золотой плащ, статую экзотического животного и бочку черной краски, чтоб красить все что захочешь, в черный, зашибательский цвет.
— Ого, вот это здорово! Клево! Прикольно! — народ сразу оживленно загалдел.
— Во, а то, думал, где это крутые маги, черную краску берут, для своей одежды — писклявым голоском, прокричал парнишка, у которого отобрал гитару.
— А что, за животные? На них ездить можно? — по поросячьи взвизгнула, толстая некромантка, из второго ряда.
Экзотическая толпа, воинов и магов, сама собой превратилась в обыкновенную барахолку. Начали гукать, вставать из кресел и нервно жестикулировать. Продолжаю импровизировать и играть на самых низменных чувствах, Ультровских жителей.
— Подарок от Лорда Бритиша, всем бесплатное пиво! — Надрываюсь, что есть мочи. За мной, наверное следит сам хозяин, этого мира. Потому что, через секунду, у всех в руках, появились бутылки с пивом, сидром, ликером и вином. Гуд. Это по-нашему, по Бразильски. От такой поддержки меня несет, как горнолыжника с Джомолунгмы. Концерт, наверное, удастся. Вся толпа, дружно начала прикладываться к бутылкам. Понеслась душа по кочкам!
— Итак, приготовились. Пошли. Кто первый? — пристально гляжу в зал. Доморощенные музыканты, опять замерли, как декабрьский лед на речке. Набираю в легкие по больше воздуху. — Кто же первый? Кто же — эта первая льдинка? — Потом то все попрут, хрен остановишь. — Ну, кто самый дерзкий? — Выбираю спонтанно. Наугад тыкаю пальцем, в ближайшую жертву.
— Рыцарь из первого ряда. Да вы, молодой человек. Вперед на сцену. — закованный в броню детина с ужасом вцепился в подлокотники кресла— Да, вот вы, с закрытым забралом. Оно у вас не открывается? Кто делал? Не скажете? Ну и зря, вы точно проиграете… Ага кузнечиха, Голди. Как же знаем. Не покупайте продукцию Голди! Голди — маздай!