— Стой падла, куда? — это то, что слышу последнее. Прямой удар в лоб, резиновой дубинкой сминает мозг, как промокашку.
…Просыпаюсь по кускам. Мозаично. Складываю пазлы сознания, словно глупый детсадовец. Тошнит. Тело все болит, сознание каруселит. Свинцовая тяжесть, пульсирует в затылке. Глаза открываются. Потолок в странных клеточках. Так, значит погуляли. У какой то бабенки завис. Правый локоть уперся в стенку. Левым, пытаюсь нащупать теплое, женское тело. Рука падает и ударяется об что то твердое. Резко сажусь на кровати и тупым взором исследую пространство.
Маленькое помещение. Под потолком окно, с глупой, непонятной решёткой. Двух ярусные кровати. Приблизительно, штук двадцать. На них лежат какие то люди. Тишина. Все спят. Поворачиваю голову вправо. Рядом с железной дверью, унитаз. Сгорбленная фигурка. Плечи подрагивают. Человек, то ли плачет, то ли смеётся.
— Эй — ноль внимания — эй, слышь — на меня смотрит заплаканное лицо, худого рыжего пацана — Это, я где? — спрашиваю шепотом.
Часть II
Глава 1
Империя Мак Линк
Нью-Йорк, Площадь Саттон-Плейс. 40-этажное здание, корпорации Мак Линк.
На 33 ем этаже, офис генерального директора, Алекса Мак Линка. Окна с красивым видом на Ист-Ривер, по которой плывут баржи и пароходики. Вдалеке, небо протыкают небоскребы, Лонг-Айленд Сити.
Мужчина, лет тридцати, сидит за огромным дубовым столом, в большем кожаном кресле. Голова бритая, под биллиардный шар. Тонкие, нервные пальцы программиста перебирают, невидимые чётки. Нос, с горбинкой, нервно подрагивает. Сощуренные, серые глаза, смотрят в окно, на ночной город. Ноги на столе. Покачивает, дорогой, блестящей туфлей. Хороший черный костюм. Ворот белой рубашки, расстегнут, на две пуговицы. Настоящие, жемчужные запонки в рукавах. Галстук, серым комочком, лежит между ноутбуком последней модели и старинным телефонным аппаратом, первых выпусков 19 века. Молодого человека зовут, Алекс. Он, двумя руками держит, простую БИК-овскую, шариковую ручку. Грызет ее, как какой ни будь Чупа-чупс.
Эта привычка мусолить ручки, осталась с детства, еще со школы. Так, он думает. Так лучше приходят идеи. Мысли возникают плавно и легко, словно слайды на экране. Одна за другой. Методично. Все они простые и одинаковые, как куриные яйца. Обдумываются планы на сегодняшний вечер. Бары, дискотеки, рестораны, ночные элитные клубы. Все банально. Все надоело.
Как завоевать мир? — в очередной раз возникает глупая мысль. А почему она глупая? Совсем даже нет. Очень интересная тема — как положить землю к своим ногам. Таким параноикам, как Сталин, Гитлер и Чингиз-Хан это удавалось. Чем я хуже? Надо также как они жечь, убивать и кромсать. Все. Весь мир у твоих ног. Что бы ты не делал, мир будет на тебя смотреть, с изумлением и благоговейным ужасом. Все будут тебя любить. Чем больше ты бьешь мир, тем больше он тебя любит.
У Алекса Мак Линка, есть такая возможность. За 10 лет проживания (или выживания) в Америке, этот простой парень, завоевал маленькую компьютерную фирму. Превратил ее, в одну из сильнейших корпораций. Приносящую огромные, неконтролируемые доходы, сравнимые разве что с доходами, от продажи наркотиков и оружия.
Все начиналось довольно банально. Алекс, а попросту Шурик Ганцман, приехал из России в Нью-Йорк. Приехал по вызову, к своему другу Павлу, работающему в маленькой фирмочке — Мак Линк. Фирма снимала небольшой офис, в Бронксе на Фордхам-роуд.
Павел, старый школьный друг. Худющий, нескладный, с длинным, клювистым носом, и растрепанными светлыми кудрями. Вечный ботаник и вечный подросток, оживавший только, когда взгляд находил, светящийся монитор, а рука дотягивалась до мышки и клавиатуры. В свои 29, он оставался ребенком. Компьютер для него был не труд, а игра. Игра всей жизни.
Саша поселился у него. Маленькая комнатенка, в старом квартале, на 20-ой улице Ист Сайда. В ней две кровати, два стула и стол с компом. До утра запойно работали здесь, или в офисе, над созданием программ. Вместе мечтали о грандиозных проектах. Пили дешевое вино, с гамбургерами. Лежали на разваливающихся кроватях, в каморке. Все крутилось вокруг одного. Как, взять от этой жизни все и сразу? Спорили до хрипоты. Материли друг друга до посинения. Потом выпивали на брудершафт. Курили. Матерились, иногда даже дрались… и начиналось все сначала.