Также девушка рассказала Родбору, что ее обручили с молодым аристократом, служившим в одной из славных ардинийських конных дружин. И не без гордости сообщила, что на юге все очень восхищались ее необычной для этих краев красотой – светлыми волосами и белой кожей. Но внезапно все оборвалось – и тогда глаза девушки наполнились влагой – ее родители умерли один за другим, имущество забрали чужие люди, которые доказывали, якобы ее отец должен был им большие деньги. Она стала просительницей у дальних родственников ее отца, пока не приехал ее дядя Войшел – родной брат мамы, который очень ее любил. Тот пообещал о ней позаботиться и забрать к себе – в неизвестную ей северную стану Акагарис.
На третий день Добрава начала ставать на ногу и выходить из дома. Она взялась готовить сполу кушание и таких лакомств он давно не пробовал, хотя здесь среди гор и не было из чего приготовить действительно вкусную пищу. Также она взялась ухаживать за лошадьми и козами. С разрешения Родбора навела порядок в его заваленной всем чем не попадя доме. Через недельку-другую уже она начала заботиться о старом споле, а не он о ней.
Когдато, сидя перед домом и выставив к солнцу свои белые ножки, она сказала Родбора:
- А знаешь, мне очень нравится здесь! Наверное более чем на юге, в Ардинии, хоть там и был мой дом. – она молвила это с какой-то особой задумчивостью и подняла глаза к одному с ними цвета небу.
- Что же тебе может нравиться здесь, в глуши, между каменистых гор и убогих боров? – улыбнулся в свою густую бороду Родбор.
- У тебя здесь тихо и как-то чисто. Нет этих всех людей, завидующих тебе, пытающихся обмануть, использовать. Нет суеты торговли и озабоченности о бессмысленных делах по зарабатыванию богатства, приумножению славы. У тебя здесь человек просто живет и когда ему хватает всего , чтобы не умереть с голоду или не замерзнуть от холода, то и жизнь уже удалась. А чего же еще на самом деле нужно для человека? Неужели эта слава, власть и богатство, что так внезапно могут уйти от человека, стоят того, чтобы на них потратить всю жизнь?
Он не имел что ей на это ответить. Родбору почему-то стало приятно, что она, привыкшая к жизни в комфорте и даже в определенном багатсте, не брезгует его бедным домом и тяжелой жизнью среди лесного безлюдья.
Теперь уже ему хотелось добыть что-то, что принесло бы ей немного радости. Родбор старался поймать хорошую добычу, найти мед диких пчел, насобирать грибов или ягод. Он решил наловить столько куниц, чтобы хватило ей на полушубок. Девушка радовалась получая новую шкурку, прикладывала мягкий мех к своему нежному белому личику, а потом грустно говорила, что ей жаль куницы, которая погибла ради ее полушубка. Она со смехом по ягодке брала с его рук бруснику и чернику, которую ей приносил спол.
Однажды в долину въехала пара всадников. Они остановились за добрых три-четыре перестрела из лука от дома и не решались приблизиться ко двору. Один из них громко засвистел и резкий звук эхом отразился от окружающих гор. Родбор какраз отправился в лес за дровами и Добрава со страхом выглянула из-за двери. За несколько минут спол, с поразительной для его возраста скоростью, вбежал в долину и, посмотрев на девушку, легко махнул ей рукой спрятаться подальше в дом. С топором в руке он двинулся в направлении пришельцев. Остановился где-то за перестрел от них и что-то не очень доброжелательно начал с ними обсуждать. Это продолжалось чуть больше минуты и всадники, развернувшись, двинулись прочь.