На рассвете князя разбудили и сообщили, что вчера вечером Родбора таки догнали.
- Но, мой князь, - продолжал воин, прибывший с известием. - Мы нагнали его только в из староречищ Ансилона. Спол отступил в заросли, а потом взобрался на один из высоких камней, которые там возвышаются. Он яростно отбивается и никак не соглашается сдаться. Говорит, что мы возьмем его только мертвого, но перед тем он многих с собой заберет. Он уже убил одного из наших и пятерых ранил. Не позволиш ли ты с ним покончить?
Кольчуга, в которую был одет воин, стала какой-то черно-бурой от пыли, что понабивалася между кольца. Сейчас при его движениях она не звенела, а как будто хрустела. Видно было, что этот человек в последнее время действительно наелся пыли в погонях по степи. Сам же князь был только в простых брюках и тонкой рубашке, которую успел надеть вставая с кровати, чтобы принять посланника в темной в утреннюю пору прихожей, прилегающей к его спальне.
Князь минуту размышлял и ответил:
- Иди вниз и скажи, чтобы тебе быстро дали что-то перекусить. Выпей бокал вина, бери свежего коня и только я оденусь и мы тутже поедем туда.
Воин поклонился князю и вышел вслед за слугой. Из за двери в спальню выглянула Альтдис, что также уже успела одеться в длинную и широкую шелковую рубашку, которая больше напоминала изящное платье, чем обычное белье. Она прищурила заспанные глаза и, подойдя к князю, положила ему руки на предплечье:
- Куда же ты сейчас поедешь? – из за двери она внимательно слушала все, что рассказал посланник. – Ты снова подвергаешь себя опасности!
- Я еще не знаю, что там буду делать, но когда приеду, может что-то решу. Сейчас, отсюда, я точно не могу на ничто влиять.
- Ты сам говорил, что Родбор никак не прислушается к призывам перейти к тебе на службу. Ты ничего там не поделаешь. Может и правда стоит от него избавиться, пока он не объединился с другими сполами и не начал снова действовать нам во зло?
- Может и так, но я должен попробовать.
Группа всадников быстро ехала через степь. Под копытами шуршала пожелтевшая трава, что сияла в косых лучах утреннего солнца , как красноватое золото. Небо над ними раскинуло всю свою высоченную синеву и только на востоке его затягивала кружевная занавеска перистых облаков. Впереди уже виднелась долина старого русла Ансилона, которое высохло уже много десятилетий, а то и столетий, тому. В некоторых местах его поросталы вязы и ясени и покрывали густые заросли шиповника. Над деревьями, выделяясь среди степных просторов своими темными пятнами, поднимались отдельные скалы.
Всадники спустились в балку и, оставив позади скопления деревьев, двинулись ее дном. С деревьев уже осыпалась листва и они в эти последние теплые дни грели под лучами солнца свои голые бури ветви. И только красные ягоды шиповника, что украшали заросли, бросались в глаза своей яркостью. Они обогнули пару огромных камней размером с хорошее дерево, что лежали среди чащи, как какие-то уродливые серые жабы. Далее, поднимаясь над вязами, торчал камень, напоминавший устремленное в небо крыло. За ним они увидели пару десятков оседланных лошадей, что мирно паслись под деревьями.
- Он там, княже. – кивнул в сторону переплетенных деревьев сопровождающий их воин.
Минуя большие старые ясени Фламир увидел группу высоких камней, которые напоминали обломки какого-то исполинского сооружения с древних времен. Среди отвесных скал, чтобы были в два-три выше деревьев, стояло нескол меньший камень, размером с большой дом, напоминавший своими формами уродливую тыкву, который пересекала большая трещина. Вокруг него собралась група воинов, которие расселись на земле, наблюдая за его верхушкой и ведя между собой тихие разговоры.
- Господин, он на вершине этой горы. – до Фламира подошел старший отряда и вежливо ему поклонился. – Слезать не хочет, а целым его стянуть оттуда не можем. Сначала мы пробовали выбраться на верх, но он упорно отбивается. Одиного из наших он убил, нескольких ранил. Если будем еще пробовать лезть на приступ, то он положит здесь может и не один десяток наших ребят, потому что взобратся на этот гладкий камень можно только по расщелине. Мы можем легко снять его оттуда стрелами, но ты приказал брать живьем.