Фламир и Вентарий зашли за колдуньей внутрь ее дома.
- Опять хотите предсказания? - спросила она.
- И да, и нет, сударыня. - ответил князь. - Мы хотим спросить тебя о твоем прошлом предсказании, чтобы ты объяснила нам кое-что из того, что тогда увидела.
- Предсказание есть такое, какое есть. Не больше и не меньше. К нему нельзя ничего добавить и ничего забрать. Каким оно было увиденное, таким оно и останется.
- Мы хотим спросить тебя о человеке , которого ты видела тогда в своем видении. Мужчину, который, как ты говорила, должен был помогать мне, советовать мне. Я хочу, чтобы ты его узнала и сказала этого ли человека ты видела там, а может какого-то другого.
- И где, как я его должна узнать?
- Он здесь и мы тебе его покажем.
Князь выглянул из хижины и приказал своим воинам:
- Несите ноши сюда.
Четверо крепких мужчин едва смогли занести Родбора в лачугу.
Едва взглянув на него Сейдмав сразу ответила:
- О, да. Его нельзя поплутать с кем-то другим. Это именно он. Большой волхв, воин и мудрец.
- Ты говорила, что он будет давать мне советы, помогать мне. Но посмотри на него - он уже почти мертвец. Мы едва довезли его сюда и он в любой момент может отдать богам свою душу. - сказал князь.
- Я только тебе сказала - что было увиденно, то и должно случится!
- Так он будет мне помогать?
- Да.
- Ты сможешь его исцелить?
Ведьма наклонилась над телом и казалось, что она принюхивается к дыханию спола. Старая прикрыла веки и через мгновение, открыв их, сказала:
- Из него почти вышла вся жизнь. Он не сможет жить.
- Так как быть с твоим предсказанием?
- Я могу сделать так, что он будет помогать тебе, как и было показано в видении.
- Ты вызовешь его дух?
- Я сделаю так, как приказала судьба! - решительно отрезала она.
Она присела на колени у едва живого Родбора и погладила длинными узловатыми пальцами по его бороде и волосах.
- Он будет служить тебе. - сказала старая и через минуту добавила. - Но для этого он не должен умереть сам. Ты должен отобрать его жизни.
Она впилась пронзительным взглядом своих светлых глаз в князя и продолжила:
- Кого-то после смерти может поработить лишь тот, кто отобрал его жизни. Убей его и ты сможешь властвовать над ним.
Озадаченный Фламир не знал, что ответить.
- Ты должен убить его и выполнить повеление судьбы. То, что должно осуществитьс , нельзя изменить. Плетение судьбы уже создано и никто не может его разорвать. Ты обречен быть его обладателем, а он - говорить тебе.
Княжь чувствовал, как на него в этот момент опустился огромный камень и он должен нести его. Бремя определенной судьбы, от которой никто не может освободиться, давил на него всей своей неизмеримой тяжестью. Но он уже столько ради этого сделал и сейчас должен довести все до конца. Пророчество говорило о его победе над врагами и процветания государства. Он должен сделать для них все возможное .
Фламир решительно потянулся к рукояти меча.
- Подожди. - остановила его колдунья. - Ты не просто должен убить его. Не тогда , когда его душа уже витает на границе между нашим миром и миром нави. Чтобы овладеть его душу, она должна быть здесь.
Она отошла в сторону и вытащила маленькую старую глиняную тарелочку. Баба сорвала с двух пучков суше них трав, что висели у нее на стене, по несколько листьев и положила их на блюдце. Туда же она высыпала по щепотке какого-то мелкого зельеяиз двух мешочков. Размешала все пальцем и подошла к огню, что горел посреди комнаты. Старая зажгла лучину и поднесла ее к смеси. Она с треском вспыхнула и тотчас погасла. С тарелки начал подниматься тонкий столбец густого дыма. В ноздри князя и воеводы ударил резкий неприятный запах. Ведьма поднесла блюдце под лицо Родбора и начала что-то тихо нашептывать. Ее заклинания вообще казались далекими от человеческих слов. Это были странные непрерывные звуки, напоминающие тихий свист и шорох ветра высоко в ветвях деревьев или между крышами замка. Она быстро выгибала своими губами издавая этот пронзающий холодом шепот, который сразу переходил в свист и снова в шуршание-шипение. Тонкая двойная струя дыма, поднялась вверх как змейки, наклонилась и устремилась в сторону Родбора. Она проникла в его ноздри и начала входить в них. Казалось, что с дымом смешивается шепот ведьмы, который набирал видимых очертаний, напоминающих едва заметные нити паутины. Они сливались с серыми струйками, исходившими из сожженного зелья, и потоком бежали в Родбора.