— Т-там… — заикнулся он, кивнув головой вперед. — В третьем доме по этой улице.
Мальстен лишь кивнул в ответ, и они с охотницей, поддерживая Конора, зашагали к нужной двери. Нити заставили Юджина проскользнуть вперед, вбежать на крыльцо, настойчиво постучать и окликнуть хозяйку.
— Клер! Открой, пожалуйста! Мой папа сильно ранен! Кваров уничтожили охотники, но папе нужна помощь!
Ответа не последовало. Данталли раздраженно вздохнул и начал осторожно опускать Конора на землю.
— Что ты собрался делать? — шепнула Аэлин, страхуя раненого мужчину.
— Собрался сэкономить время, — холодно отозвался кукольник, шагнул вперед и постучал настойчивее.
— Госпожа Клер! — позвал он. — Откройте, раненому нужна ваша помощь. Мы вытащили его из гнезда кваров, в деревне теперь безопасно, монстры… — данталли помедлил, произнося это слово, — убиты. Я не хочу выбивать дверь, чтобы допроситься вашей помощи для господина Конора, но если придется, клянусь богами, я это сделаю.
С той стороны двери щелкнула задвижка, и в темном помещении показалось лицо женщины средних лет — худое и вытянутое. Чем-то местная знахарка напомнила Мальстену Беату Шосс, жену кузнеца из Прита.
Цепкий взгляд водянистых глаз Клер окинул нежданных визитеров, и она в следующий же миг отступила от порога и открыла дверь шире.
— Заносите его. Мне нужна пара минут.
Голос у женщины был твердым и приглушенным. Говорила она отрывисто и по делу. Мальстен мысленно возблагодарил богов за то, что Клер не пустилась в пространные расспросы, не помедлила с решением помочь Конору и не начала совершать множество суетливых, ненужных движений. В комнате загорелось несколько масляных ламп, тут же открыв взору нежданных посетителей просторное помещение с простым убранством, без излишков. Клер, похоже, была женщиной одинокой и нелюдимой, однако дело свое знала хорошо — на полках шкафа в углу комнаты стояло множество склянок и мисок, от которых исходил сильный травяной запах. Все было под рукой и содержалось явно в строгом порядке.
— Кладите его на ту койку, — твердо проговорила Клер, указывая на невысокую кушетку рядом со столом у окна, отрывая тем самым данталли от изучения помещения. Вновь поднырнув Конору под плечо, Мальстен, уже без помощи Аэлин, поднял раненого, тут же почувствовав слабый укол боли в левой руке. Толчок крови из пробитого арбалетной стрелой плеча заставил его внутренне выругаться. Только сейчас он вспомнил о собственном недавнем ранении, полученном в деревне некроманта. Сама по себе его рана была несерьезной, однако тот факт, что скоро рубашка пропитается синей кровью, которая может начать стекать по ладони, явно не играл на руку ему и его спутнице.
Тем не менее, думать о собственных проблемах пока что было некогда: данталли последовал отрывистым указаниям знахарки и уложил Конора на кушетку.
— Вы охотники? — сухо спросила Клер.
— Да, — отозвалась Аэлин, вводя в комнату мальчика. — Мы наткнулись на Юджина, когда проходили мимо. Он тоже ранен, но несерьезно. После Конора, если вас не затруднит, сможете ему помочь?
— Разумеется, — хмыкнула женщина, приступая к осмотру повреждений мужчины. Мальстена и Аэлин она окинула бесстрастным взглядом и кивнула в сторону двери. — Вам здесь оставаться нет смысла, дальше я справлюсь сама. Спасибо, что помогли деревне. Вдоль по этой улице, через пять домов от меня живет местный староста, Болдер. Обратитесь к нему за оплатой, этими делами заведует он.
Похоже, Клер редко приходилось произносить столь длинные речи: создавалось впечатление, что такое количество слов, сказанных за один раз, вымотало женщину до невозможности, и теперь единственным ее желанием было поскорее выпроводить незваных гостей из дома и остаться наедине со своей работой.
— Спасибо, — вежливо кивнула Аэлин, направившись к двери. — Так и поступим. Идем.
Последнее слово было обращено к данталли. Мальстен кивнул и бросил многозначительный взгляд на Юджина. Мальчик вовремя повернул голову в его сторону под влиянием нитей и, поняв, что именно ему хотят сказать этим взглядом, отозвался долгим кивком, который можно было трактовать, как: «я помню о своем обещании и никому не скажу, кто ты». Этого, пожалуй, было достаточно, и Мальстен поспешил покинуть дом знахарки, чтобы не мешать ей работать.
Тем временем свет загорался в домах Хостера. Похоже, шум, поднятый Юджином, и слова, произнесенные им и повторенные Мальстеном, пробудили скрывающихся в тишине жителей, и теперь люди хотели услышать подтверждение хороших новостей.