Нора поймала мизинчик тоненькой ступни. Оли ловко перевернулась. Темные косы в пять рядов разметались по покрывалу, кожа эльдарийки казалась еще темней и насыщенней на фоне фиалкового с серебром. Темная Фея чуть прикусила вишневую наливную губку и, лукаво глядя из-под длинных и пушистых ресниц, с неожиданной силой притянула Нору к себе. Через миг смуглые пальцы уже расплетали сложную косу, а сама Рея лежала рядом.
— Ты сегодня долго. — Немного хрипло произнесла Оли и нежно поцеловала фиалкоглазую Рею.
— Прости…дела. — Нора ответила на быстрый поцелуй долгим, наслаждаясь ароматом и вкусом персика. Оли притихла. Несколько секунд обе просто лежали рядом, но затем Нора встала, оставляя гостью одну.
— Ты очень горячая, голова не болит? — Начала Нора, наливая принцессе воды с мятой и лимоном. — По-моему, ты перегрелась! Оли, это глупая мода, глупая и опасная. Кожа от солнца портится!
— Селене можно, а мне нет? — Вскинулась Оли, явно раздосадованная уходом возлюбленной.
— У Селены есть свои родители…
— Ага… и муж, судя по всему, еще и Лорд Кариил. — Рассмеялась Олейя.
— Ты хочешь так же? — Нора выразительно вскинула бровь. Оли потемнела лицом.
— Мне нужна только ты.
— Надеюсь, я и Энед, — вздохнула Нора, Олейя обиженно фыркнула. — Оли, хватит дуться, это не навсегда. Я тоже скучаю.
— Я знаю. — Оли повернулась к пиале с фруктами и ловко достала несколько слив, хитро зажав в каждом пальчике по плоду. Пока Нора, погруженная в мысли, делала глоток, Оли выгнулась маленьким горностаем, прищурилась и ловко сбила сливовой косточкой птичку, присевшую на перила открытого балкона. Птичка упала замертво, но гибкий горностай уже потерял всякий интерес к жертве.
— Оли! — Возмутилась Нора бездумной жестокости принцессы.
— Ой, прости. — Оли искренне сконфузилась. — Как у тебя прошли встречи?
— Да так… — Нора снова задумалась о причине визита Сига. — Знаешь, я понять не могу. В семье такое важное событие произошло. Ведь сам факт появления Солео — это чудо. А всем… как будто бы все равно! Драконы, не моргнув глазом, готовы запереть девчонку в Аэр'Дуне!
— Тебя это удивляет? — пожала плечами Оли.
— На всю жизнь… Сколько живут разбуженные драконы?
Оли снова пожала плечами и развела руками: мол, Творцу ведомо. Потом к жесту добавила:
— Особый садизм нашего рода — наслаждаться скоротечностью жизни Младших. А здесь удовольствие может быть…долгим. С Сильвией поступали так же, разве не помнишь?
Нора молчала: скандальные события прошлого прежде ее мало интересовали. Чуткая Оли верно угадала причину тишины.
— Ты правда ничего не знаешь?
— Мельком, — нахмурилась Нора, но жестом попросила разъяснить.
— Когда Сильвия только появилась в Поднебесном, Алеон держал ее пленницей в Аэр'Дуне.
— Пленницей!?
— Элен, и все-таки, ты что, с луны свалилась?! Все Поднебесье обмусоливало каждую косточку этой истории, а ты? Ладно. — Оли вздохнула и махнула рукой. — Алеон забрал Сильвию в Поднебесный чуть не силой. Говорят, в мире Младших на княгиню и ее детей было покушение. Алеон смог увести ее прям из-под носа заговорщиков. Сначала поселил в доме у рыжих, Аэла и Эолы…
Оли замолчала, прицелилась и метко запустила косточкой. Теперь ее жертвой стала бабочка. Нора не стала одергивать, видя, что это бессмысленно.
— Владыка посылал меня в дом Аэлы и Эола. — Продолжила Оли после небольшой паузы.
— Зачем? — Изумилась Нора.
— Хотел знать, что там происходит. — Еще одна кость сбила целый ворох листьев. Нора подумала, что и там кто-то прятался…
— Алеон ходил, оглушенный — его нефрил терзал, как стая голодных скуддов[1], и крыша у паскуды ехала. Он почти сразу сбежал к Разлому, где и было ему самое место… — Нора, давно привыкшая к нетолерантности подруги, тяжело вздохнула. Оли продолжила. — Рыжие откровенно боялись, что их накажут за укрывательство Младших. Алион так увлекся заботой о новообретенных брате и сестре, что ничего вокруг не замечал, а в Сильвию… В Сильвию мальчишка разве что не был влюблен. Короче, меня даже никто не заметил.
— А Рея Сильвия?
— А Сильвия, как всегда, хотела Власти. Она мечтала вернуть трон своему драгоценному Драго. Ей нужна была военная помощь.
Нора молчала, внимательно глядя на Олейю. Оли сдалась и открыла видение.
«Все в доме напряженно наблюдали за гостьей. Аэла не скрывала удивления холодности Сильвии по отношению к спасителям. Княгиня очень скупо поблагодарила хозяйку и ее детей за помощь и приют.